Книга Постановка взгляда. Михаил Угаров о театре, в котором не играют. Лекции, семинары, интервью, страница 42 – Елена Ковальская, Михаил Угаров, Иван Угаров

А вот подстаканник – это хорошая очень вещь.

Интересна также постановка человека в тупик. Вот что, собственно, произошло? Произошла драма в голове героя. Всего-навсего. Мы люди взрослые и живем в XXI веке. Мы понимаем, что человек имеет право быть гомосексуалом, имеет право быть, не знаю… антисемитом. Вполне бытовая вещь происходит. Но у него драма произошла – мир треснул. Вот что интересно. Ничего особенного не произошло. Тебе что-то предложили. Ты сказал: «Нет». И ушел с подстаканником в тамбур.

Латыпова: Было бы весело, если он бы сказал: «Да».

Угаров: Тогда бы не было трещины на лобовом стекле такси, понимаете? (смех в аудитории)

Хорошая работа у Никиты Лычева. Парень пошел в магазин. Тут хорошее, очень точное описание. Например, фраза. Он «стоит перед молочкой, осматривает полки». Молочка – это молочный отдел. Языково очень точная фраза. Он набирает чего-то, идет по парку, на него нападают какие-то парни. У него все отнимают – телефон, кошелек, то-то, то-то – он в истерике. Они его пихают, говорят: «Иди тихо». Парень идет вперед, а те двое уходят быстрым шагом за деревьями. Вот что здесь интересно мне показалось. Что этот парень идет в понятном нам состоянии, да? Но в ступоре. В момент такого… отсутствия событий. Меня ограбили, меня унизили, а я иду, как заводной. И вдруг – что мне очень понравилось – вдруг он заходит в глубокую лужу, выскакивает из нее, но поздно: ноги уже мокрые. И вот тут с ним случается реакция. И это очень точно по жизни. У него начинается реакция, он бежит, возвращается, чтобы их найти, – но никого уже нет, все пусто, и все. Он возвращается домой, разувается, снимает носки, пальто, заходит в комнату, падает в кресло.

Микроистория. Но вот эта вещь хорошая: здесь, конечно же, кульминация – вот эта фраза: «Ноги сильно мокрые». Самая простая, бытовая фраза. Она ни о чем – ну мокрые ноги, и что теперь? А это, оказывается, огромная кульминация для человека.

Яна Жукова. Очень хорошая работа. Вот смотрите. Мы говорили о резервах, да? Ведь гармонично что? Когда человек вменяемый. Когда он понимает и сопоставляет масштабы. Например, вот мы сидим здесь. Если я сейчас начну орать, как на стадионе, вы скажете: «Он невменяемый». Я же понимаю эту кубатуру и разговариваю так, чтобы вот вы меня слышали. Вот это и есть вменяемость.

Или: если б я сейчас сидел в трусах, яркой майке и соломенной шляпе, вы бы сказали: «Он невменяемый». Потому что я не понимаю, что сейчас осень, холодно, не та температура, чтобы так сидеть. Вот такая же вменяемость должна быть у режиссера: это связь между объемом и наполнением этого объема.

У Яны очень простая история. На даче героиня пошла к соседям. Они там давно живут, с детства знакомы, и там был некто Петя, который давно женат, у него жена и дети. Они ели и выпивали, разговаривали, потом Петя пошел провожать героиню – ночью уже темно. Вдруг в кустах рядом с ним что-то зашуршало, героиня испугалась, схватилась за Петю, Петя засмеялся и сказал: «Не бойся, это ежик». И они так стояли рядом, и вдруг начали целоваться. Люди, которые помнят себя… Ну они на горшке вместе сидели. И вдруг ни с того ни с сего. И это продолжалось совсем недолго, Петя остановил сам себя, сказал: «Так, стоп». Ну и все, и на следующий день Петя с мамой и с семьей пришли к героине помочь с дачными делами. В общем, ничего не произошло. Все.