Книга Близнецы из кристалла, страница 36 – Гарриет Манкастер

Селестина чувствовала прикованный к ней взгляд Виктории-Стич, но решила – впервые в жизни! – не обращать на него внимания. Вместе с Твилой они протолкались сквозь толпу туда, где тянулись ряды столиков-грибов, заставленных угощением и напитками. В больших чашах с фруктовым пуншем плавали лепестки цветов, а на блюдах красовались горы самых изысканных крохотных канапе.

— Смотри! – восторженно пискнула Твила, указывая на стойку со сладостями, где среди блюд с крупными шоколадными желудями лежали сотни других разнообразных конфет. Она выбрала шоколадку в форме грибочка и сунула её в рот. Селестина тоже взяла какую-то конфету, но даже не почувствовала вкуса. Все её мысли были заняты Викторией-Стич. Что тут гадать – она попросту опасна. Пожалуй, ей действительно лучше отдалиться от сестры. Ради собственной безопасности.

— Я уже собрала триста шестьдесят семь подписей! – похвасталась Виктория-Стич, сидя рано утром рядом с Урсулиной. Возбуждение после бала никак не покидало её, и она даже не пыталась уснуть. Заморочные чары сработали великолепно, все так и ахали при виде её наряда, и её саму переполняло чувство, словно она шагает по мягкому розовому облаку – и это несмотря на то, что Селестина исчезла, не попрощавшись с ней. Ничего, явится, как только Виктория-Стич сделает её принцессой.

— Это здорово! – ответила Урсулина, сонно зевая. Завернувшись в лоскутный плед, она сидела возле своего фургончика у малиново-розового костра, который наколдовала Виктория-Стич. – Ещё чуть-чуть усилий – и считай, трон уже наш!

— Наш? – переспросила Виктория-Стич. Её всякий раз коробило, когда, стоило завести разговор о престоле, Урсулина говорила «наш» или «мы».

— Ну ладно, твой, – поправилась Урсулина. – Но не забудь, что я буду твоим советником. Буду помогать тебе править, оставаясь в тени.

— Да, пожалуй, – кивнула Виктория-Стич. В эту самую минуту ей вдруг подумалось, что она не так уж сильно нуждается в Урсулине. Прошедший бал вселил в неё новую уверенность, и к тому же у неё теперь есть собственная «Книга Висклингов». – Разумеется, ты сможешь жить в моём дворце, – сказала она. – Но вообще-то я не думаю, что мне понадобятся твои советы, когда я стану королевой.

— Ясно, – сказала Урсулина, и в её голосе послышался холодок. – Но ты ведь понимаешь, что без моей помощи ты бы не собрала вчера все эти подписи.

— Понимаю, – согласилась Виктория-Стич. – Но всё равно, став королевой, я сама буду принимать все решения. Я ведь уже сказала, что ты можешь жить у меня во дворце! Я позволю тебе иметь всё, что ты захочешь. Мы же друзья, помнишь?

— Верно. Мы с тобой друзья, – подтвердила Урсулина и, потирая озябшие руки, добавила: – Пойду-ка приготовлю нам горячего шоколада.

Она поднялась и торопливо забежала в фургончик. Окошко в нём тут же засветилось тёплым жёлтым светом, и Виктория-Стич смотрела, как Урсулина суетится возле этого окошка, возясь с банками, пакетами и кастрюльками. Вскоре она вышла наружу и пристроила кастрюльку на огонь. Поглаживая и почёсывая Звездинку, Виктория-Стич смотрела, как Урсулина помешивает горячий шоколад, разливает по желудёвым чашкам и бросает в каждую щедрую порцию зефирных звёздочек.

— Я не люблю зефир, – сказала Виктория-Стич и принялась по одной вылавливать из чашки звёздочки и бросать их в сторону.