Книга Мировая история риса. Белые деньги. Социально-политическое путешествие по рисовым полям, страница 70 – Франческа Грациоли

Тогда специалисты снова засели в лаборатории, и на этот раз все получилось идеально: торты стали мягкими, легкими и вкусными. Компания решила пойти дальше и попросила группу клиентов наблюдать за процессом изготовления: от упаковки на полках до формы в духовке. И все наконец-то встало на свои места.

Хотя на упаковке было четко указано, что нужно только добавить воду и перемешать, женщины всегда вносили свои коррективы. Как в фильме «Часы», они добавляли в тесто пару яиц, а также немного молока и несколько столовых ложек сахара. В результате их действий тесто начинало вести себя непредсказуемо.

Чувство вины. Именно оно заставляло хозяек вмешиваться и подсознательно саботировать простой рецепт, для которого они были не нужны. Рецепт, который не требовал их участия. Его простота подрывала их уверенность в себе. Уверенность в том, что они хорошие жены и матери.

Если для приготовления торта нужно лишь добавить немного воды и перемешать все деревянной ложкой, то роль человека в этом процессе становится менее значимой. У женщин исчезает интерес, ощущение вызова и удовлетворения, а также вера в то, что они вносят свой вклад в поддержание домашнего очага.

Компания осознала, что нужно сделать шаг назад. Она усложнила рецепт. В кулинарных журналах стали появляться советы по созданию уникальных тортов для каждого конкретного события. В результате именно женщина, стоящая у плиты, почувствовала себя настоящим творцом. Со временем новые продукты стали ключевыми для бренда^[140], и их до сих пор можно найти на полках магазинов.

Этот пример показывает, что мир еды остается важным пространством, где сталкиваются, определяются и оспариваются различные женские идентичности. Женственность в ее многоликости формируется в повседневных заботах о близких, приготовлении пищи и уходе за собой. Сегодня, по сравнению с пятидесятыми годами XX века, правила игры кажутся более гибкими.

Тем не менее ценность женщин по-прежнему измеряется в невидимой работе, которую они выполняют изо дня в день. В умении находить баланс между покупкой более здоровых, но при этом менее дорогих продуктов. В умении правильно оборудовать кухню, чтобы поддерживать ее в чистоте, сверкающей и стерильной, но при этом сохраняя тепло и уют.

Все это – без учета дополнительных сложностей, связанных с принадлежностью к другой социальной группе, отличной от буржуазии, или с миграционным контекстом, при котором ваше происхождение и домашние рецепты могут отличаться от тех, что принято есть на обед в школьной столовой или на день рождения.

Я поняла, как сложно преодолеть стереотипы и предубеждения, на примере, казалось бы, обычного блюда – вареного риса. Однажды, будучи в Риме, я ужинала с семьей своей подруги. За столом также присутствовали их друзья, которые еще до появления закусок затеяли разговор о том, что их внук ест только рис. Причем рис, приготовленный дома.

«Это все она», – сказал дедушка, имея в виду свою невестку. Эта женщина, помимо работы, осмелилась еще и отступить от традиций и не готовить так, как принято в их семье. Приходя домой, она не стремилась угодить ребенку, предлагая ему разнообразное меню из бабушкиных блюд. Вместо этого она просто кипятила воду, бросала туда горсть риса, сливала воду, натирала немного сыра – и все.