Книга Маленькая жестокая правда, страница 57 – Дженнифер Линн Барнс

Это было неожиданно. Я сразу вспомнила о сообщениях, которые мы с Лили недавно получили. В них не было никаких подробностей, но «Белые перчатки» явно запланировали что-то на сегодняшний вечер.

— А папа тоже поедет? – неуверенно спросил Джон Дэвид.

Я не могла вспомнить, чтобы он нежничал по отношению к Джею Ди, как, например, Лили, но сейчас он произнес слово «папа» почти с апатией.

— Боюсь, он не сможет, милый. – Тетя Оливия взмахнула пирогом, словно рассчитывая, что это смягчит удар. – Но угадай, кто с нами поедет?

— Кто? – спросил Джон Дэвид, медленно приближаясь к пирогу.

Тетя Оливия улыбнулась мне, и я решила, что она определенно не забыла – и не простила мне – тот момент, когда увидела меня с Аной.

— Мама Сойер!

И вот мы уже третий час ехали на озеро, все в одной машине. Включая мою маму. И Лили. И обиду Лили на меня.

Я никогда не страдала клаустрофобией, но игнорировать маму, в то же самое время когда Лили игнорировала меня, было невыносимо.

Я приказала себе подумать о чем-нибудь другом, и мой мозг подчинился.

Я думала о своих руках в волосах Ника.

Я думала о том, как оставила его на той вечеринке.

Я думала о том, что с тех пор он не ответил ни на одно из моих сообщений. Вполне возможно, ему все еще нужно было попасть в высшее общество. Я была нужна ему. Я смотрела «Мою прекрасную леди». Я смотрела «Красотку». Это не делается за один раз. И если он все еще нуждался в моей помощи…

Если он все еще хотел моей помощи…

Даже если это ничего не значило, я смогла бы, по крайней мере, отвлечься от всего остального. И пусть я не придерживалась взглядов Кэмпбелл Эймс на то, как снимать напряжение и справляться с проблемами, мысль о том, чтобы снова прикоснуться к волосам Ника – снова прикоснуться к нему, – не была лишена привлекательности.

Я посмотрела на свой телефон. И принялась набирать сообщение.

«Едем на озеро. Дай знать, если тебе понадобится спутница на празднование Четвертого июля».

Я отправила сообщение, подняла глаза и увидела свою маму. Она была бы в восторге, узнав, что я переписываюсь с парнем.

От этой мысли меня затошнило.

Во скольких мужчин она влюблялась на моих глазах? Все детство я наблюдала, как ее бурные романы заканчивались тоской и разбитым сердцем. Переписки, танцы, прикосновения – это не для таких девчонок, как я.

Я отложила телефон и попыталась отключить голову. К счастью, мы добрались до домика у озера прежде, чем моя память начала мучить меня еще какими-нибудь воспоминаниями.

— Элли, почему бы вам с Сойер не занять комнату в башне? – Лилиан мастерски лишила Лили шанса выгнать меня из нашей бывшей общей комнаты.

— Лили может переночевать в моей комнате! – крикнул Джон Дэвид, хотя он стоял шагах в пяти от нас. – Все равно я буду почти все время возиться с гольф-каром в гараже. И кто-то должен отвезти меня в «Уолмарт». Мне очень много чего нужно купить! Народ, этот парад сам себя не выиграет!

— Я отвезу тебя, – вызвалась я. Подальше от Лили, подальше от мамы.

— Не утруждайся, Сойер, – сказала мне Лили. – Я сама отвезу Джона Дэвида.

Это были первые слова Лили, сказанные мне за последние две недели, и их подтекст задел меня сильнее, чем любое оскорбление. Она попросила меня «не утруждаться», потому что я не была членом семьи.