Книга Слева Направо и Справа Налево, страница 90 – Дженнифер Линн Барнс

«Ты сам во всем виноват», – нашептывает голос из глубин моего сознания.

— Это из-за ушиба головы. – Анна собирается опустить меня на матрас, но я ей не позволю. Когда она говорит, что мы можем сделать перерыв, притворяюсь, что не слышу ее. Анна Слева Направо и Справа Налево отзывается на любое сопротивление, признает она это или нет.

— Покажи, что у тебя в кармане, – предлагаю в ответ, – и я, как кроткий ягненок, сделаю еще одну попытку.

Я знаю, что мне удалось застать Анну врасплох. Взяв с меня обещание, что я сяду и отдохну, как послушный пациент, она все же вытаскивает из кармана маленький металлический предмет.

Стоит мне его увидеть, как мое тело предает меня. Легкие. Сердце. Горло. Внутри все холодеет и сжимается. В ушах пульсирует.

— Где ты его взяла?!

Перед моими глазами снова склеп, кость в земле и надпись: «СОУЧАСТНИК».

— Ты узнал его.

— Где?

— В твоем бумажнике.

Я едва слышу ее ответ. Жетон в ее руке – размером с четвертак, с концентрическими кругами на аверсе – словно увеличивается в размерах, и вот я уже не вижу ничего, кроме него.

Кроме круга в круге, и еще одного, и еще.

Я как будто со стороны наблюдаю, как выхватываю у нее жетон и со всей силы кидаю его, а он пролетает прямо рядом с ее лицом. Металл с лязгом ударяется о стену, Анна вздрагивает, и только тогда я прихожу в себя.

«Ничто не может заставить тебя вздрогнуть, А-Н-Н-А», думаю я про себя.

В лачугу врывается Джексон.

— Ты узнал этот диск, – Анна не отрывает от меня взгляд. – Что это такое? Что ты вспомнил?

Круг в круге, и еще один, и еще.

— Ничего! – Это чистая правда. И лучше пусть так оно и останется. Но я не могу не сказать ей, что его у нее быть не должно.

Наконец-то Анна не отводит глаза. Она смотрит на меня, и смотрит, и смотрит – как я все это время смотрел на нее. А затем бесшумно подходит к жетону и поднимает его.

— Так забери его себе.

Меня пробивает озноб от одной даже мысли об этом.

— Нет! – Я не хочу его, но еще больше не хочу, чтобы он снова оказался у Анны. – Спрячь его где-нибудь. Делай что хочешь, главное, чтобы никто никогда его не увидел.

Когда несколько часов спустя Анна уходит, мое сердце все еще продолжает бешено колотиться. Мне по-прежнему трудно дышать. И я знаю, что мои сны вернутся снова.

Каменная комната. Скалы. Склеп и кость. Я поворачиваюсь во сне, и сцена вновь меняется. Я так хочу, чтобы все это прекратилось! Но поворачиваюсь и поворачиваюсь, быстрее и быстрее.

Я под водой, не могу дышать.

Я заперт в комнате. Лабиринт. Мне нужно выбраться из него.

«СОУЧАСТНИК».

Вокруг полыхает огонь.

Девушка. Она танцует. Красивая и дерзкая.

Меня ослепляет белая вспышка.Белый мрамор. Я в какой-то часовне, стою над алтарем. Я откуда-то знаю, что его крышку можно сдвинуть. И еще я знаю, что внутри спрятано нечто ужасное.

И вдруг в моей руке появляется нож.

Я резко просыпаюсь, хрипя и задыхаясь, и тут меня рвет. В ванной горит лампочка. Ее света хватает, чтобы я мог разглядеть Джексона за столом.

— Что ломка делает с людьми. Просто жуть, – говорит он.

Меня так и подмывает сказать ему, что это едва ли можно назвать ломкой. Анна медленно уменьшала дозировку, да и то, сколько она давала мне вначале, вряд ли можно было считать достаточной дозой. Но мое тело, видимо, не согласно со мной. Во рту пересохло. Ладони вспотели.