Книга Приступить к ликвидации!, страница 55 – Алексей Махров

Вылез, растерся жестким полотенцем, надел чистое белье, мундир, брюки, сапоги. Перед уходом снова заглянул к Петру. Он спал, уткнувшись носом в подушку, и вид у него был совершенно беззащитный, почти детский. Я поправил одеяло, еще раз укутал его поплотнее. Пусть отдыхает, сил набирается. Ночная «культурная программа» — это вам не шутка.

В прихожей надел шинель, фуражку, привычным движением проверил оружие. «Парабеллум» в кобуре на поясе и «Браунинг» в кармане. Оба заряжены, предохранители включены. Вышел на лестничную клетку, прислушался — было тихо, говорливая соседка на службе. Запер дверь ключом и вышел на улицу.

Город уже давно проснулся. По тротуарам торопливо, прижимаясь к стенам домов, шагали местные жители, с испуганными глазами, шарахающиеся от каждого патруля. Немцы ходили иначе — быстро, но уверенно, чувствуя себя хозяевами жизни. Мимо прошла группа унтер–офицеров, громко обсуждая вчерашнюю попойку. На углу два штатских в очень дорогих пальто остановились у витрины магазина, что–то в ней высматривая. На перекрестке патруль фельджандармерии с горжетами на груди проверял документы у какого–то трясущегося бородатого мужика с двумя большими корзинами.

Я двигался спокойным «деловым» шагом, ровно посередине тротуара — лейтенант Вермахта в отпуске прогуливается по городу в утренний час. С видом человека, который «имеет право», сворачивал в переулки, проходил дворами, запоминал. Вот здесь, между домами номер 12 и 14 по Кайзерштрассе, есть проход в соседний квартал — узкая щель, почти незаметная с улицы. Вот здесь, у старого костела, разветвленная сеть переулков, можно уйти от любой погони. Вот тут, на углу Немиги и Подгорной, руины сгоревшего дома — через них можно перебраться на соседнюю улицу, если знать ходы.

Я довольно долго бродил по городу, пока не начал ощутимо коченеть. Надо было зайти куда–нибудь, погреться — до встречи с Целлером оставалось около получаса. И тут мне «подвернулось» кафе «Линденалле». Я глянул через окно в зал — Вондерера не было. Видимо, он уже принял «утреннюю дозу кофеина» и ушел на службу. Не то, что я боялся новой встречи, просто не хотел лишний раз видеть его изуродованную морду.

Убедившись, что абверовца нет, я толкнул массивную дверь и вошел. Внутри было относительно многолюдно, человек десять–пятнадцать сидели за столиками, пили кофе, читали газеты, негромко переговаривались. Пахло дорогим ароматным табаком, свежей сдобой и поджаренными кофейными зернами.

Я неторопливо оглянулся, выбирая столик. И тут увидел в ближнем углу, непросматриваемом из окна, штурмбанфюрера СС Акселя Корфа.

Лет сорока, высокий, с широкими плечами и руками борца, но уже заметно обрюзгший — живот намечался вполне основательный, несмотря на хорошо подогнанный мундир. Белобрысый, с голубыми глазами и розовым, холеным лицом человека, который хорошо питается и много спит. Типичный «ариец» с нацистских плакатов, только чуть располневший от сытой жизни. Он пил кофе маленькими глотками и оценивающе смотрел прямо на меня, топтавшегося у входа.

Я встретил его взгляд спокойно, без вызова, просто как человек, который заметил, что на него смотрят. Корф внезапно улыбнулся и кивнул мне, как старому знакомому. Улыбка у него была открытая, даже какая–то «добрая». Он поднялся из–за стола и сделал приглашающий жест.