Книга Перекрестки миров. Том 2, страница 63 – Джек из тени

Капитан тут же подобрался. Инстинкты сработали быстрее разума: большой палец бесшумно сдвинул селектор огня. Корнев жестом показал бойцам в лагере внимание. Разговоры моментально стихли.

— Что стряслось? — шепотом спросил он, подходя к Ависсе.

Кошка, видимо по старой охотничьей привычке, принюхалась еще раз и еле слышно, одними губами ответила:

— Рядом бродит очень крупная живность. Запах тяжелый, мускусный. Это не ушастые. Большой зверь!

Корнев коротко махнул рукой. Дежурные мехводы, которые собирались завести движки для подзарядки аккумуляторов, замерли. Над лагерем повисла абсолютная тишина. Спустя пару мучительных минут, когда напряжение достигло пика, откуда-то из темноты раздался низкий, вибрирующий рык. Следом за рыком последовало утробное, влажное хрюканье.

Разведчики, поняв, что к ним в гости пожаловали не ушастые диверсанты и не легионеры, а местная фауна, тут же расслабленно выдохнули. Стволы опустились, кто-то даже тихонько хохотнул. А вот пушистые дамочки отреагировали иначе. Не сговариваясь, как по команде, они дружной, молчаливой толпой ломанулись на ближайшие деревья. И через несколько мгновений вся делегация уже сидела на нижних ветках, сверкая оттуда расширенными от настороженности глазами.

Казанова, услышав свинячьи вопли из чащи, расцвел, как майская роза.

— О, мужики! Щас добудем нормальный ужин! — радостно потер руки связист.

Он живенько забросил в БТР штатный АК-12 и вытащил из чехла свою гордость — гладкоствольную «Сайгу», которую притащил со склада всеми правдами и неправдами, аргументируя это необходимостью самообороны в условиях ближнего боя. На деле же Казанова был заядлым охотником и спал и видел, как завалит какого-нибудь инопланетного лося.

Корнев скептически хмыкнул, глядя на этого мамкиного следопыта.

— Смотри, охотничек, как бы этот ужин тобой не поужинал, — тихо сказал капитан. Но запрещать не стал. Свежее мясо роте не повредит, сухпайки уже поперек горла стояли. Корнев кивнул Лешему. — Возьми пару бойцов, прикрой этого снайпера от греха подальше. Хрен его знает, что тут за кабаны бродят. Вдруг они кислотой плюются или магией какой владеют.

Четверо бойцов бесшумными тенями растворилась в кустах, двигаясь на звук хрюканья. Лагерь остался ждать, прислушиваясь к шорохам.

Через несколько минут ночную тишину разорвали три гулких, тяжелых выстрела из дробовика. За ними тут же последовал надрывный, истошный поросячий визг.

— Готов клиент! — довольно хмыкнул Гвоздь.

А вот то, что случилось секундой позже, заставило Корнева внутренне содрогнуться. Лес буквально сотрясся от оглушительного, полного первобытной ярости рева. Это был уже не рык, это был звук надвигающегося товарного поезда.

Еще через пару минут кусты на краю поляны затрещали с такой силой, словно их ровнял с землей бульдозер. На открытое пространство вылетели армейцы. Они мчались к машинам так, словно сдавали нормативы на мастера спорта международного класса.

Команду по спринту замыкал Казанова. Связист бежал с вытаращенными глазами, размахивая своей любимой «Сайгой» и вереща благим матом, что он на такое сафари не подписывался и вообще пацифист.

А метрах в двадцати за ним, ломая молодые деревца как спички, несся разъяренный секач. Животина была высотой в холке добрых два метра, покрытая густой, как проволока, черной щетиной. Из огромной пасти торчали кривые, желтоватые бивни, явно отобранные у мамонта. Кабан разрывал копытами землю, с каждой секундой сокращая дистанцию и явно намереваясь насадить непутевого охотника на свои клыки.