Книга Перекрестки миров. Том 2, страница 60 – Джек из тени

Карусель ударов из четырех дронов-камикадзе оказался для всех участников этого средневекового косплея абсолютным, шокирующим сюрпризом. Поляну сотрясли четыре оглушительных, следующих один за другим, взрыва. Три мага, творившие свое глобальное заклинание, и разодетый в золото командир ушастых просто испарились в ослепительных вспышках термобарических зарядов. На их месте остались лишь выжженные, дымящиеся воронки и разбросанные по округе ошметки плоти и оплавленных доспехов. Ударная волна разметала в стороны их личную охрану, контузив и переломав кости десятку элитных бойцов малоранов.

Все, кто находился на поляне, на мгновение замерли, бой остановился. Римляне, оглохшие и ослепленные, опустили щиты, непонимающе глядя в небо, откуда пришла эта внезапная, божественная кара. Воины не поняли, что произошло. Для них это выглядело так, словно их боги, Марс или Юпитер, сжалились над своими сыновьями и лично испепелили вражеских колдунов огнем с небес.

Но вот римский командир, выживший центурион, несмотря на контузию, оказался мужиком с железными яйцами и трезвой головой. Он первым пришел в себя. Оценив расклад, вражеские маги мертвы, командование обезглавлено, пехота в замешательстве, он не стал тратить время на благодарственные молитвы.

— В атаку! За Рим! — заорал он, поднимая над головой свой гладиус. — Сомните их!

Легионеры, услышав знакомый приказ, встрепенулись. Вековая дисциплина взяла верх над шоком. С яростным ревом, который копился в них весь этот проигранный бой, они бросились в последнюю, отчаянную контратаку.

Потеряв магический зонтик и руководство, резервы ушастых, которые как раз выбегали на поляну из леса, чтобы добить римлян, резко дали по тормозам. Вид разорванных в клочья магов и паника в рядах своих товарищей охладили их пыл. Ушастые не стали испытывать судьбу. Развернувшись, они живенько, толкая друг друга, бросились обратно в лес, бросая проклиная этот день. Бой, который еще минуту назад грозил превратиться в безоговорочную бойню для римлян, фактически закончился. Теперь это была рутинная зачистка убегающего, деморализованного противника.

— Чистая работа, Смолин, — с удовлетворением сказал Корнев, наблюдая, как последние малораны скрываются в чаще. — Уводи «птичек», не хватало нам еще, чтобы римляне какой-нибудь лишний обломок нашли.

— Понял, командир, — отозвался лейтенант.

Разведывательный коптер, висевший над поляной, уже начал набирать высоту, когда Смолин вдруг нахмурился.

— Командир, посмотри.

Он снова ткнул пальцем в экран планшета, увеличивая изображение. Там, внизу, среди тел и дымящихся воронок, стоял уставший римский маг. Опираясь на свой почерневший от копоти посох, он поднял голову и смотрел точно в том направлении, где в небе висел дрон. Конечно, с земли он не мог его видеть, но, судя по всему, как опытный чародей, он наверняка почувствовал чужое присутствие. И тут он сделал нечто странное. Маг поднял руку и пустил из пальцев короткую, яркую искру, которая фейерверком рассыпалась в воздухе. Это был не боевой заряд. Это был сигнал, которыми римлянин привлекал внимание.

— Снижайся, — тихо скомандовал Корнев.

Дрон послушно пошел вниз, зависнув метрах в сорока над землей. Теперь на экране можно было в деталях рассмотреть лица римлян. К магу уже подошел центурион. Измазанный в чужой крови и собственной грязи, с рассеченной щекой, он тоже поднял голову, всматриваясь в небо. Проследив за взглядом мага, офицер тоже увидел аппарат, зависший над ними. И его лицо, до этого суровое и уставшее, изменилось. На нем промелькнуло удивление, смешанное с пониманием и уважением.