Книга Перекрестки миров. Том 1, страница 8 – Джек из тени

Тактическое поле представляло собой нагромождение бетонных блоков, сгоревших остовов старых БТРов и кривых траншей, наполовину залитых мутной водой. Рота отрабатывала штурм укрепленной позиции малыми группами. Грязь летела из-под подошв, холостые патроны сухо трещали, смешиваясь с матом сержантов.

Корнев стоял на возвышении, накинув капюшон, внимательно наблюдал за двойкой новичков. Те самые переведенные из десантуры парни. Здоровые, раскачанные лбы. Двигались они действительно быстро, но откровенно шумно. Слишком много лишних движений. Слишком много понтов в том, как они вскидывали оружие.

Вот сладкая парочка ворвалась в полуразрушенное здание из шлакоблоков. Первый, с позывным Шмель, пошел на контроль сектора, а второй, Кабан, должен был прикрывать тыл. Вместо этого Кабан зазевался, поправляя съехавший ремень автомата, и полностью открыл спину для гипотетического противника.

— Стоп! — голос Корнева, не усиленный мегафоном, перекрыл треск выстрелов. Он сбежал по скользкому склону и подошел к новичкам. Рота моментально замерла. Все знали: если Барон лично вмешивается в процесс, сейчас будет наглядно и больно.

— Боец, — Лёха подошел вплотную к Кабану, уставившись на него снизу вверх ледяными глазами. — Ты сейчас труп. И твой напарник тоже труп. Вас сняли из того окна, пока ты чесал свои фаберже.

Десантник, на голову выше командира, упрямо набычился. В его глазах читалось явное пренебрежение. Какая-то пехотная мабута, пусть и разведка, будет учить элиту ВДВ воевать?

— Никак нет, товарищ старший лейтенант. Я контролировал периферийным зрением. Если бы там кто-то был, я бы успел развернуться. Мы в Рязани такие нормативы сдавали, вам и не снилось.

Взводный Леший, стоявший неподалеку, только покачал головой и сплюнул в грязь, очередной самоубийца.

— Периферийным, значит? — Барон чуть склонил голову набок. Лицо его не выражало абсолютно ничего. Ни злости, ни раздражения. — Сдавали нормативы? Ну давай, покажи свой норматив. Забудь про звания. Я — враг с ножом. Ты крутой десантник, убей меня.

Кабан презрительно скривился. Отложил автомат на бетонный блок, скинул разгрузку. Размял плечи.

— Как скажете, командир. Без обид потом.

Он рванул вперед предсказуемо, как товарный поезд. Мощный замах правой, нацеленный в челюсть, чтобы срубить с одного удара. Классика армейского мордобоя.

Корнев не стал блокировать. Блокировать массу в сто с лишним килограмм, это форменная глупость. Он просто сместился в сторону на полшага, пропуская летящий кулак мимо своего уха. Одновременно с этим левая рука жестко легла на локтевой сгиб десантника, а правая нанесла короткий рубящий удар в область подмышечной впадины. Нервный узел вспыхнул ослепительной болью. Рука Кабана моментально онемела, плетью повиснув вдоль туловища.

Новичок по инерции пролетел вперед, пытаясь развернуться на вязкой глине. Барон не дал ему шанса. Нырок под опускающуюся левую руку противника, подбив опорной ноги с одновременной скруткой шеи. Никаких красивых и пафосных комбинаций, только утилитарное боевое самбо и армейский рукопашный бой.

Кабан рухнул в лужу с тяжелым чавкающим звуком, выбившим воздух из легких. Корнев уже сидел на нем верхом, жестко фиксируя колено на кадыке поверженного бойца, а его рука заламывала кисть Кабана под неестественным углом. Одно резкое движение, и сустав хрустнет.