Книга Стальной прибой, страница 8 – Джек из тени, Марк Блейн

— Дорогой Алехандро, — нахмурившись и отбросив светский тон, произнесла Лира. Она чуть подалась вперед, перекрывая нас веером от любопытных взглядов. — Вам бы отдохнуть. Честное слово. С таким цветом лица так и недолго сыграть в ящик. А вы еще слишком долго будете нужны Лангру. Да и нам, чего уж там…

Вильяда слабо улыбнулся.

— На том свете отосплюсь, миледи, — отшутился он хриплым голосом. — Сейчас спать — непозволительная роскошь. Закроешь глаза — проснешься с перерезанным горлом.

Он перевел взгляд на меня. Улыбка мгновенно стерлась с его лица, уступив место предельной концентрации.

— Как идут дела с ядовитыми розами в королевском саду, барон? — спросил маркиз многозначительно. Я не стал нести чушь, пускать пыль в глаза или включать браваду. Не то время и не то место.

— Хреново идут, маркиз, — ответил я тихо, глядя ему прямо в глаза. — Новые «розы» теперь любят распускаться исключительно ночью. И, что самое паскудное, цветут они особенно буйно в непосредственной близости от резиденции старшего наследника. Там такая оранжерея образовалась, что без огня не прополешь.

Маркиз скривился, словно откусил лимон, и коротко кивнул. Подтверждение его худших опасений.

Но ответить ничего не успел.

Музыка на балконе внезапно смолкла, оборвавшись на высокой ноте. Гул голосов в зале утих словно по волшебству. Двери в дальнем конце, ведущие во внутренние покои, медленно, с тяжелым скрипом распахнулись.

В зал вступила королевская стража — не те пузатые взяточники с улиц, а настоящая элита, закованная в сталь. Они выстроились живым коридором.

Церемониймейстер ударил в пол тяжелым посохом.

— Его Величество! Король Лангра!

По залу пронеслась волна шороха. Все присутствующие — сотни разряженных аристократов, министры, генералы — немедленно склонились в глубоком поклоне. Дамы присели в реверансах, мужики согнули спины. Мы с Лирой и Урсулой тоже все это обозначили.

В образовавшийся коридор вошел монарх.

Старик, иссохшийся и бледный, словно тень самого себя. Он передвигался медленно, тяжело опираясь на резную трость. На нем была тяжелая королевская мантия, которая, казалось, сейчас придавит его к мраморному полу. Но, несмотря на физическую немощь, от него всё еще веяло властью. Взгляд его выцветших глаз был цепким и холодным. Рядом с ним, словно живая тень, скользил младший принц. Но, было видно, паренек конкретно так сменил образ. Сейчас он облачен в военный мундир, на бедре клинок средней длины. Даже походка изменилась. Он шел сзади и справа от короля, как заправской бодигард, цепко осматривая зал.

Тишина была абсолютной. Было слышно только шарканье королевских сапог и стук трости.

И в этой тишине я увидел то, от чего у меня внутри мгновенно сработала боевая тревога. Остался ровно стоять только один человек.

Прямо по центру зала, перегородив путь королю к почетному возвышению, возвышался старший наследник, принц Виртел.

Он не согнул спины, и не склонил головы. Он стоял, широко расставив ноги, рука его открыто, вызывающе лежала на эфесе меча. А на лице блуждала такая ухмылка — смесь презрения, насмешки и явного, абсолютного превосходства, — что мне захотелось немедленно всадить ему пулю между глаз просто из эстетических соображений.

Король остановился шагах в пяти от своего старшего сына. Монарх тяжело оперся на трость двумя руками. Его дыхание в тишине казалось хриплым.