Книга Стальной прибой, страница 41 – Джек из тени, Марк Блейн

Михаил не стал дожидаться, пока полковник начнет толкать пафосные речи о долге и чести. Он сыграл на опережение.

— Полковник! — рявкнул герцог так, что фон Рец вздрогнул и остановился на полпути. — Вижу, ушастые пошли на штурм дворца. Значит так. Берете всю городскую стражу. Всех дворянских дружинников до единого человека. Забираете треть моей легкой пехоты. И рысью, марш-броском, выдвигаетесь к дворцовым воротам! Укрепить периметр, встать насмерть!

Фон Рец опешил. Он явно готовился к скандалу, к необходимости доказывать свою правоту, а тут ему прямо в руки вложили именно тот приказ, о котором он мечтал.

Но потом старый служака прищурился, быстро оценив диспозицию.

— А вы, барон? Вы остаетесь?

— Я остаюсь здесь, — жестко отрезал Михаил. — Вас не должны обойти.

— Как насчет стрелков? — возмутился другой аристократ, протискиваясь вперед. — Барон, нам нужна огневая поддержка во дворце! Вы обязаны передать нам хотя бы половину стрелковых сотен!

— Хрен вам, а не стрелков, ваша милость! — Михаил шагнул вперед, нависая над возмущенным дворянином. Его голос был полон холодной стали. — Я не отдам ни одного ствола. Хоть уделайтесь тут. Ежу понятно, что этот их парад с факелами — тупая показуха. Я уверен на все двести процентов, что как только вы свалите, на нас через площадь Триумфальной арки полезут если не сами темные, то их карманные ручные твари. И без плотного огня они сомнут нас за пять минут. Стрелки остаются здесь. Это не обсуждается.

Дворяне переглянулись. Приказ они встретили со странной смесью удивления, облегчения и легкой паранойи. Лишь парочка из них, включая фон Реца, с явным сомнением посмотрели на позиции «волков». Они не были идиотами. Оба прекрасно поняли, что барон хладнокровно сбросил с себя весь балласт — паникующих дружинников, полумертвую стражу, — а себе оставил самое боеспособное, элитное ядро войск. Оставил тяжелую пехоту и свои пулеметы.

Но возразить они не могли. Ни по уставу, ни по совести. У Михаила на груди блестел серебряный жетон Ока Короля — абсолютный карт-бланш от маркиза Вильяды. К тому же, сам факт того, что он не отказывался защищать подступы к площади, говорил о его лояльности, причем явно побольше формальной.

— Выполнять приказ, полковник! — рыкнул Михаил, видя, что они медлят. — Или вы хотите опоздать на похороны своего короля?

Это сработало. Фон Рец развернулся на каблуках и заорал на своих подчиненных.

Начался исход. Сотни вооруженных людей, громыхая железом и толкаясь в проходах между баррикадами, спешно покидали перекресток. Они уходили быстро, с какой-то суетливой, некрасивой поспешностью, бросая раненых и забывая на позициях щиты. Площадь пустела на глазах. Гул их шагов постепенно затихал в направлении Дворцового квартала.

Когда последний отряд стражи скрылся за поворотом, на перекресток на короткий промежуток времени опустилась тишина. Лишь ветер гонял по брусчатке пепел и какое-то тряпье.

Урсула вогнала топор в деревянную колоду, стоявшую у баррикады, и сплюнула под ноги.

— Слили воду, и ладно — презрительно фыркнула орчанка, глядя вслед ушедшим. — Оставили нас с голой задницей.

Из густой тени разрушенного здания бесшумно выскользнула Лира. Кицунэ двигалась так плавно, словно плыла над землей. От неё остро пахло свежей кровью. Она подошла к Михаилу вплотную, встав так, чтобы ее лицо было скрыто от света оставшихся факелов.