Книга Стальной прибой, страница 38 – Джек из тени, Марк Блейн

Свист и треск. Крики боли…

— Третий!

Лангрцы вошли в ритм. Страх ушел, уступив место опьяняющему чувству безнаказанного убийства страшного врага. Они перезаряжали оружие с ожесточенным остервенением.

Четвертый залп разорвал тех, кто пытался отползти или убежать в укрытия. Пятый добил тех, кто пытался подняться.

После шестого залпа наступила тишина, нарушаемая лишь щелчками гильз о камни. Михаил опустил руку. Стрелять было больше не в кого. Улица перед перекрестком Кузнецов превратилась в одну сплошную, залитую черной кровью братскую могилу. Первая волна темных эльфов была уничтожена до последнего солдата. И это был лишь первый акт сегодняшнего кровавого балета.

Михаил стоял у края баррикады из перевернутых телег и мешков с песком, механически перезаряжая свой револьвер. Щелчок, выпал горячий металл. Щелчок. Новые патроны с рунной вязью скользнули по каморам. Он делал это на автомате, пока разум, разогнанный адреналином, просчитывал варианты.

Войскам дали передышку. Целых два часа относительного затишья на их участке, пока где-то в других концах столицы Лангра небо полыхало от магических пожаров, а воздух содрогался от далекого набата.

Эти два часа никто не сидел без дела. «Волки» работали слаженно, как единый часовой механизм. Гномы, ворча и поминая всех подземных богов, меняли перегретые стволы на своих пулеметах, заливая воду в кожухи охлаждения. Пар над позициями стоял такой, словно тут открыли гигантскую баню. Санитары из числа наименее контуженных стражников оттаскивали раненых, наскоро бинтуя рваные раны и культи. Трупы ушастых, до которых смогли дотянуться, без всяких сантиментов пустили в дело — скидали в кучу, укрепив просевшую часть баррикады. Жестоко? Да плевать. Когда на тебя прет армия отбитых эльфов, мораль задвигается куда-то в район задницы.

Мерное течение этой почти уже окопной рутины прервал дрожь амулета связи на груди одного из помощников Михаила. Боец тут же передал артефакт герцогу.

Сквозь треск магических помех и фоновый грохот пробился голос Хорста, старшего дозора, висевшего на крышах в районе центральных ворот:

— Герцог, прием. У нас тут, мать его, эпическое полотно рисуют прямо на земле.

— Докладывай без лирики, — бросил Михаил, быстро подойдя к импровизированному командному пункту. Герцог вытер перепачканные руки о штанину и склонился над развернутой на бочке картой.

— Младший принц психанул, — голос разведчика сорвался на хриплый смешок. — Пацан собрал всю свою личную гвардию, выгреб резервы с других направлений и ударил по темным у центральных ворот. Но как ударил! Вся конница, какую только смогли найти, пошла единым кулаком. В первой волне — тяжи. Вылетели из-за угла и просто вмяли передовые шеренги ушастых в сырую землю.

Михаил представил эту картину, и невольно хмыкнул. Стоявшая рядом Урсула, которая как раз счищала чьи-то мозги с лезвия своего топора пучком соломы, довольно оскалилась.

— Смертники, — резюмировала орчанка, с уважением покачав головой. — Но, видит Великий Волк, красивые смертники. Я даже впечатлена. У мальца, оказывается, есть стальные яйца. Отправить элиту на верную смерть ради прорыва… наш человек.

— Они не увязли, — перебил ее разведчик из амулета. — Окружение у принца не совсем идиоты, да и сам он в целом на опыте. Пустили в первых рядах вместе с конницей несколько десятков штурмовых магов. Те подняли барьеры и прошлись огнем впереди себя ровно за пару мгновений до столкновения. Смели пикинеров темных. Тяжи прошили их строй насквозь, как игла гнилую ткань, потеряли от силы треть, развернулись и ударили снова. А следом пошла вторая волна — легкая кавалерия.