Книга Воздушная кавалерия. Том 5, страница 46 – Джек из тени

Внизу раздались восторженные крики. Молодые инженеры, забыв про субординацию, обнимались, подбрасывали в воздух каски, хлопали друг друга по плечам. Даже угрюмый металлург, которого вытащили из пьяной канавы, улыбался во все тридцать два обновленных зуба, показывая в сторону ожившей плавильной печи. Старые мастера просто стояли, и по их морщинистым щекам текли слезы. Слезы старых работяг, которые всю жизнь трудились в грязи и копоти и вот сейчас, на закате лет, увидели, каким может быть современное производство.

Я смотрел на них сверху и чувствовал, как к горлу подкатывает комок. Мы сделали это за два месяца, совершив почти невозможное, подняв из руин этого монстра, и заставили его сердце биться.

Но моя радость была смешана с горечью. Я, в отличие от них, видел не только сегодняшний триумф. Я видел завтрашние проблемы. Построить завод, даже самый современный, это лишь полдела. Самое сложное начиналось сейчас. Нужно было загрузить его работой, найти заказы, прорвать блокаду, которую наверняка уже выстраивали вокруг меня аристократы. Нужно было превратить этот гудящий механизм в машину, приносящую прибыль. Иначе все это великолепие очень скоро снова превратится в груду мертвого металла.

Я спустился вниз, в самый центр ликующей толпы. Меня тут же окружили, начали качать, кричать «Ура!». Я улыбался, пожимал руки, принимал поздравления. Но в голове уже стучал холодный, безжалостный счетчик. У нас есть верфь и команда. Но у нас нет ни одного заказа. И часы уже начали свой обратный отсчет. Буря приближалась.

* * *

Эйфория от первого запуска прошла так же быстро, как утренний туман над Невой. Первую неделю мы все еще жили на адреналине, отлаживая оборудование, проводя тестовые плавки, обучая персонал. Верфь работала, как швейцарские часы. Все системы, спроектированные мной и Алисой, функционировали безупречно. Наши производственные мощности, по самым скромным подсчетам, превосходили любую аналогичную верфь в Империи как минимум вдвое. Мы были готовы свернуть горы.

Но горы оставались на своих местах, а верфь, отработав в тестовом режиме, замерла в оглушительной, давящей на уши тишине. Станки молчали, в печах погас огонь. Идеально чистые, просторные цеха выглядели теперь как гигантские, пустынные соборы, в которых некому служить.

Прошла еще одна неделя, а потом еще одна. Книга заказов оставалась девственно чистой.

Я бросил в бой свою «коммерческую службу», группу самых толковых и языкастых курсантов во главе с неутомимым Грушиным. Они, одетые в сшитые на заказ дорогие гражданские костюмы, с портфелями, набитыми рекламными проспектами и предварительными расчетами, мотались по всему Петербургу, обивая пороги контор потенциальных заказчиков. Транспортные компании, промышленные синдикаты, частные судовладельцы, мы предлагали им то, от чего, по идее, не мог отказаться ни один здравомыслящий коммерсант.

Мы предлагали им грузовые воздушные корабли нового поколения. Не мои боевые «Валькирии», конечно, а гражданскую упрощенную версию, проект «Атлант». Это были надежные, экономичные, вместительные грузовики, которые по всем параметрам превосходили существующие аналоги. Корабли были быстрее, потребляли меньше дорогостоящей Пыли и, самое главное, благодаря нашим технологиям, стоили на тридцать процентов дешевле, чем у конкурентов. Любой торгаш, умеющий считать деньги, должен был вцепиться в такое предложение мертвой хваткой.