Книга Воздушная кавалерия. Том 7, страница 77 – Джек из тени

— А это, барон, наши банкиры! Князь Одоевский, барон Штиглиц! Надежнейшие люди, готовы предоставить вам любую кредитную линию! Под самые выгодные проценты!

Два сухопарых господина в очках смерили меня оценивающими взглядами, словно породистую лошадь перед скачками.

— Мы внимательно следим за вашими успехами, барон, — представительным голосом произнес Штиглиц. — Ваши активы растут с впечатляющей скоростью. Мы были бы рады поучаствовать в финансировании ваших новых проектов.

— Внимание, хозяин, — раздался в голове голос Алисы. Ее аватарка сменилась на финансового аналитика с Уолл-стрит. — Банкирский дом «Штиглиц и Ко» тесно связан с капиталами графа Лиманского, хоть это максимально не афишируется. Предложение о кредите, с вероятностью девяносто два процента, является попыткой получить доступ к вашей финансовой отчетности и, в перспективе, контроль над частью активов через долговые обязательства.

— Благодарю за предложение, господа, — я изобразил на лице сожаление. — Но я, знаете ли, старомоден. Предпочитаю работать на свои, мне так спокойнее спится.

Банкиры переглянулись. Мой отказ, такой вежливый и такой окончательный, явно выбил из колеи. Судя по всему, от таких предложения отказываются крайне редко.

Наконец, Астахову, видимо, надоело водить нас по «младшим лигам». Князь подвел нас к небольшой группе, стоявшей особняком у огромного французского окна, выходящего на ночную Неву. Здесь собрались тяжеловесы. Сам князь Ростов и граф Воронцов, мой тесть, вели неспешную беседу с несколькими седовласыми господами в мундирах с генеральскими эполетами.

При нашем приближении разговор смолк. Все повернулись к нам. Ростов хитро подмигнул мне, Воронцов окинул дочь одобрительным взглядом, и в его глазах я впервые за долгое время увидел не только генеральскую строгость, но и отцовскую гордость.

— А вот и наши герои вечера! — пророкотал Ростов, делая шаг нам навстречу. — Ну что, зятек, как тебе наш светский серпентарий? Еще не покусали?

— Пытались, — усмехнулся в ответ. — Но у моей жены хорошее противоядие.

Все посмотрели на Елену, на ее сияющее колье, и в глазах даже у этих прожженных циников и вояк промелькнуло невольное восхищение. Каждый из них, в отличие от праздной толпы, понимали истинную ценность и мощь этого артефакта.

— Барон Строганов, — Воронцов взял на себя роль церемониймейстера. — Позвольте представить вам моих старых друзей и коллег. Генерал-адъютант Куропаткин, адмирал Рожественский, командующий флотом.

Я обменялся рукопожатиями с двумя столпами военной мощи Империи. Куропаткин, невысокий, но крепко сбитый, с умными, усталыми глазами, смотрел на меня с нескрываемым любопытством. Рожественский, высокий, с грозным видом старого морского волка, смерил меня тяжелым, оценивающим взглядом.

— Наслышан о ваших экспериментах, барон, — произнес Куропаткин, делая ударение на последнем слове. — Цесаревич в большом восторге от вашего «китайского проекта». Надеюсь, результаты не разочаруют Его Высочество.

— Я тоже на это надеюсь, ваше превосходительство, — ровным тоном ответил ему.

— А ваше колье, баронесса, — внезапно вмешался адмирал Рожественский, обращаясь к Елене, его зычный, привыкший перекрывать рев шторма голос заставил всех вздрогнуть. — Судя по чистоте кристалла, он способен выдержать попадание снаряда. Я прав?