Книга Воздушная кавалерия. Том 11, страница 96 – Джек из тени

Молодых виконтесс репортеры явно оставили на десерт.

— Виконтесса Мартина! В завтрашнем круге вашей тройке предстоит выйти против ветеранов герцога де Альба! Букмекеры дают десять к одному на ваш однозначный проигрыш и госпитализацию! Вы готовы к поражению⁈ И правда ли, что в случае провала ваши семьи вынуждены будут выдать вас и вашу кузину замуж за представителей кредиторов из Мадрида⁈

Расчет был на то, что двадцатидвухлетние девушки смущаются, потеряют самообладание или начнут оправдываться. Вот только столичные борзописцы плохо знали тех, кто вырос в джунглях. В отличие от матерей, скованных светскими условностями старого поколения, кузины в выражениях стесняться не стали.

— Десять к одному, говоришь? — Валерия шагнула чуть вперед, сверкнув карими глазами. — Замечательный коэффициент! Советую тебе, милый, заложить свою фотокамеру, штаны и бабушкины серебряные ложки, чтобы поставить всё на нашу победу! Хоть раз в жизни заработаешь приличные деньги, а не гроши за грязные сплетни!

А Мартина, выцепив взглядом того самого наглого репортера, который орал про принудительное замужество и больничную койку, одарила его ослепительной улыбкой и громко, на всю площадь произнесла:

— А что касается моих будущих избранников и шансов на арене, дорогой… Приходи завтра к шестому сектору лично и поцелуй меня сам знаешь куда, если успеешь до того, как я не отправлю твоим хозяевам твои собственные зубы! А теперь — пошел к черту!

Пресса синхронно открыла рты от такого запредельного нарушения всех мыслимых норм этикета. А пятерка, даже не взглянув на остолбеневших газетчиков, демонстративно развернулась и продолжила неспешное восхождение по мраморным ступеням к распахнутым хрустальным дверям павильона.

— Это было на самой грани, дочь, — тихо, почти не разжимая губ, произнесла Инес, когда они переступили порог, отсекающий уличный шум. В голосе главы клана Эскобар сквозило неподдельное удовольствие. — Но мне нравится твой подход…

За дверями их уже ждали.

Огромный центральный зал «Паласио де Кристаль», залитый мягким светом сотен люстр под гигантским стеклянным куполом, замер. Сотни пар глаз — герцоги, маркизы, министры и генералы — скрестились на вошедшей компании в ту же секунду, как главный распорядитель в расшитой золотом ливрее ударил жезлом об пол и громогласно объявил:

— Его сиятельство граф Кирилл Строганов! Графиня Инес Эскобар! Графиня Кармен Фернандес! Виконтесса Мартина Эскобар и виконтесса Валерия Фернандес!

Выдать демонстративный игнор у мадридского бомонда не выходило при всем желании — не позволял ни королевский протокол, ни местные понятия, тем более в отношении личного гостя монарха. К тому же мужской половине зала было чисто физически трудно оторвать взгляды от четырех ослепительных женщин, шедших рядом с северянином.

К Строганову тут же коршуном подскочил метрдотель. Склонившись в три погибели и отчаянно расшаркиваясь, он сообщил, что столик в первом ряду уже ожидает их сиятельств.

Пока они шли через весь зал за семенящим слугой, окружающие были вынуждены отвечать на их появление дежурными кивками и фразами. Взгляды многих стариков были крайне осторожными, изучающими, а у иных — откровенно презрительными, плохо скрытыми за нацепленными светскими улыбками. Шепотки за спиной сливались в змеиное шипение.