Книга Воздушная кавалерия. Том 11, страница 15 – Джек из тени

Кирилл приоткрыл один глаз, посмотрел на ее побелевшие от напряжения скулы, перевел взгляд на Наталью, которая впервые за день солидарно и молча кивнула Елене, и слабо усмехнулся:

— Хорошо… Сдаюсь. Ваша взяла…

Официальная, накрахмаленная часть церемонии растаяла вместе с ладаном. Придворный оркестр сменил тяжелые церковные каноны на более живые ритмы — скрипки вели партию быстрее, контрабасы поддавали упругого баса, а вышколенные лакеи носились между гостями с подносами, уставленными сотнями хрустальных фужеров с шампанским и ледяной водкой.

Кирилл шел сквозь толпу, опираясь на трость, под плотным, демонстративным конвоем обеих графинь. Впрочем, стоило им выйти в центр залы, как интерес к самому Аудитору угас — точнее, сместился на несколько сантиметров левее и правее. Столичные львицы, оправившись от первоначального шока венчания, буквально облепили Елену и Наталью плотным кольцом вееров и шелков.

Причиной тому были украшения.

В свете сотен хрустальных люстр весь цвет петербургского бомонда наконец-то сумел в деталях разглядеть убранство новоиспеченной Цесаревны Трианы. А затем — сравнить его с крыльями на лацканах жен Строганова. До аристократок с запоздалым ужасом дошло: то, что на инфанте посчитали венцом мадридских ювелирных домов, было сотворено на тех самых грязных верфях под Петербургом. Ювелирные гарнитуры, способные работать как автономные барьеры, стали главной темой для ядовитого шепота. Дамы заискивающе улыбались, выспрашивали подробности огранки, сыпали комплиментами, пока Елена с вежливой прохладой отбривала особо наглых, а Наталья откровенно забавлялась, подпуская шпилек про «умеренные цены для благородных заказчиков с хорошей кредитной историей».

Кирилл, воспользовавшись тем, что женский батальон принял огонь на себя, плавно сместился к мраморной балюстраде, где стоял невысокий круглый столик с минеральной водой.

— Живой? — негромко донеслось слева.

Генерал Воронцов подошел неслышно, тоже держа в руке бокал с минералкой. Старый волк окинул зятя коротким взглядом, хмыкнув в седые усы, и хлопнул его по плечу:

— Молодец! Чисто сработал в храме. Жандармы Зубова до сих пор икают от зависти.

— Служба такая, Александр Сергеевич, — отозвался Кирилл, делая большой глоток холодной воды и чувствуя, как внутри медленно отпускает усталость. — Главное, чтобы стрельбы на десерт не случилось.

— Не случится, — подошедший следом старый князь Ростов оперся на свою трость, поморщился от ноющей боли в ребрах, но глаза старика лучились торжеством. — Испанцы сейчас тише воды, ниже травы. Старик Альфонсо перепуганных грандов строит так, что у тех перья на шляпах дрожат. Но… — князь прищурился, глядя через весь зал в сторону дальнего фуршетного стола. — Молодежь, как погляжу, берегов не видит в принципе.

Кирилл проследил за взглядом старика и невольно приподнял бровь.

Там, в окружении молодых офицеров свиты, стоял инфант Дон Фернандо — младший сын испанского монарха. Горячий кастильский юноша лет двадцати двух, с черными, как смоль, кудрями и тонкими усиками, весь вечер нарезал круги вокруг одной конкретной персоны. Вокруг княгини Анастасии Юсуповой⁈

Анастасия стояла возле массивной малахитовой вазы. Ее строгое черное платье, подчеркивавшее хрупкую фигуру и алебастровую бледность кожи, притягивало взгляды почище любых бриллиантов. Молодая глава уничтоженного рода держала спину с безупречной натянутостью струны, но пальцы, сжимавшие ножку бокала, чуть заметно подрагивали от напряжения. Фернандо же, забыв про протокол, что-то пылко вещал ей прямо в ухо, сверкая белозубой улыбкой и активно жестикулируя рукой.