Книга Воздушная кавалерия. Том 11, страница 110 – Джек из тени

Короткий кивок с обеих сторон — и они снова сошлись в центре.

Теперь от медлительности не осталось и следа. Оба явно включили внутреннее усиление на полную катушку. Скорость обмена ударами выросла настолько, что даже новые немецкие камеры трансляции с трудом успевали фокусироваться на мелькающих полосах металла. Вокруг двух фигур в центре арены бушевал настоящий огненный шторм из высекаемых клинками снопов белых и багровых искр. Звон стали слился в одну непрерывную, высокую и тревожную ноту, от которой ныли зубы.

На третьей минуте этого безумного танца дон Диего решился на коронную связку своего рода — тройной каскадный рубящий удар с вложением всей силы удара, призванный проломить защиту противника.

Строганов не ушел с линии. Он развернул свой клинок, созданный на Ореховской верфи, и встретил атаку испанца жестким встречным блоком под углом. После третьего удара раздался звук, похожий на выстрел из малокалиберной пушки.

По семидесятитысячной чаше Колизея прокатился единый, полный искреннего горя и разочарования вздох.

Знаменитая сталь дома Монтемар не выдержала столкновения с технологиями будущего. Клинок испанца с жалобным хрустальным звоном лопнул ровно посередине. Верхняя половина лезвия, кувыркаясь и пуская солнечные зайчики, улетела в песок к ногам судьи.

Бой мгновенно остановился. Дон Диего замер с обломком клинка в вытянутой руке. Он смотрел на срез металла с таким видом, словно у него на глазах рухнуло небо. По правилам Королевского турнира поломка оружия без внешнего вмешательства артефактов означала автоматическое техническое поражение. Для мастера его уровня проиграть такой финал не от пропущенного удара, а из-за того, что подвела сталь — было горше смерти.

Полевой арбитр шагнул вперед, поднимая правую руку с белым платком, чтобы официально объявить победу русского графа.

— Стоять, — негромко, но с такой тяжестью в голосе произнес Кирилл на испанском, что рука судьи застыла в воздухе на полпути.

Строганов опустил свое оружие, подошел к удивленному рефери и коротко, веско произнес несколько фраз, глядя ему прямо в глаза. Судья изумленно взметнул густые брови, перевел взгляд на замершего дона Диего, затем сверился с каким-то редким параграфом регламента в уме и медленно, с глубоким уважением кивнул, отступая назад.

Кирилл повернулся к границе сектора, где за барьером в оцеплении стояли его гвардейцы, и коротко кивнул старшему пятерки.

Боец в черной тут же достал клинок в простых черных ножнах — оружие из личного арсенала офицерской гвардии Строганова, идеально подходящее по длине и балансу к сломанной сабле испанца, — и передал его через барьер.

Колизей вздохнул во второй раз, но теперь уже от полнейшего потрясения, когда русский граф, взвесив меч в руке, легким движением бросил оружие в ножнах через площадку прямо в руки ошеломленному противнику. Дон Диего поймал ножны на лету. Несколько секунд он просто смотрел на спокойное лицо Кирилла, не веря в происходящее, а затем медленно, с осторожностью взялся за рукоять и обнажил клинок.

Темно-серая, слегка отливающая синевой на солнце сталь зашелестела, покидая ножны. Испанский мастер профессиональным движением крутанул кистью, сделал два молниеносных росчерка в воздухе, проверяя баланс, и его глаза расширились от восторга.