Книга Пять юношей квартала сайя, страница 40 – Ива Годар

Таро, быстро среагировав на звук, оттолкнул Рику, и она упала на землю, накрытая его телом.

«Это я должна защищать вас всех», – пронеслось у нее в голове, но мир потонул в тепле шеи Таро, куда она уткнулась лицом. Рика инстинктивно попыталась отстраниться.

Стрела вонзилась в землю у обрыва, на ней трепетало послание.

— Скрыться, – скомандовал Кацу.

Таро откатился в сторону, и Кацу утащил Рику под слабое укрытие вишен. Выскользнула из ножен хорошо заточенная сталь. Идиллия распалась, рассыпалась на разноцветные осколки мозаика, рассказывающая об отдыхе пятерых принцев квартала сайя. Рика увидела, как один из охранников, которому она недавно протянула лепешку, осел у линии леса. Кровь окрасила молодую траву, когда стрела поразила его, не дав и шанса защититься.

— Есть другой выход? – спросил Кацу, впившись жесткими пальцами в ее плечо.

Сайя будто ожидали такого развития событий, и это напугало Рику. Согласованность их действий выглядела привычной. Хидео укрылся за камнем у края обрыва, и на лице его появилось жесткое, выжидающее выражение. Кио вытянулся за стволом криптомерии. Таро явно переполнял азарт, он был готов сразиться с кем угодно, будто всегда ждал этого шанса. Раздавались приказы начальника охраны. Аки отступил влево, сохраняя сосредоточенность, и умчался в лес.

— Стрелок сбежал, но вряд ли он был один. Рассредоточиться! Укрытие! – услышала Рика.

— Даже не думай, – железным голосом осадил Кацу Таро, собравшегося ринуться в лес.

Рика освободилась от цепких, настойчивых пальцев Кацу и выскользнула из-под укрытия вишневого деревца.

Никогда еще у нее на глазах не умирал человек, кашляя и заливая землю собственной кровью. Она хорошо сражалась, но никогда не убивала, а теперь кто-то мучился прямо посреди, казалось бы, ясного дня, в отдаленном лесу. Ее пронзала острая жалость к гвардейцу. Наверняка он тоже был когда-то принцем квартала, пока не потерял прелесть молодости. Каждый воин рано или поздно погибнет, но почему же так глупо, почему в такой день, полный цветов и ветра…

Какая-то часть Рики настойчиво шептала, что лучник мог занять позицию выше по холму и скрыться под сенью деревьев, а вот они были легкими мишенями, так что стоит пошевеливаться.

— Налево, – сказала она сиплым голосом. – Через перевал…

Хидео быстрым рывком подобрал стрелу. Рика приблизилась к умирающему гвардейцу и попыталась зажать рану, как учила мать, но только перепачкалась вязкой, алой кровью. Та текла нескончаемой струей, пропитывая одежду воина, и оставляла во рту неприятный привкус. Жизнь наконец покинула его – грубо, стремительно, неумолимо. Сухие листья, мох, смятые первоцветы – все стало грязным, испорченным, темно-красным.

Между деревьями раздавалась перекличка телохранителей сайя, устремившихся за лучником.

— Она может оказаться… – начал Кио.

— Ты знаешь приказ императрицы, Кио, – прервал его Кацу, дернув Рику за руку. Там, где другие теряли контроль, он обретал удивительную уверенность. Вот какова его стихия. – Мы должны выжить, чего бы это ни стоило. Рика, Горо мертв. Раз они посмели напасть на сайя при свидетелях, то не остановятся.

Рика обхватила окровавленными пальцами его ладонь, оставляя красные следы на белой коже, но Кацу не придал этому значения и потянул ее влево.