Книга Пять юношей квартала сайя, страница 24 – Ива Годар

Наверняка никто не должен был узнать, что он покидал квартал в одиночку, и Рика собиралась сохранить его тайну. Таро же отлично знал, что ничто не объединяет людей так, как секреты. Пряди волос цвета воронова крыла змеились у его острого подбородка, а украденный дым струился с приоткрытых губ принца-демона. Он постучал по столу пальцами, охваченными полосками серебра.

— Мне кажется, на сегодня достаточно. – Таро перевернул свои карты. – Уже поздно, а ночь соблазняет. Конечно, если дона еще не сделала свой выбор и не хочет остаться.

Все сайя оказались хороши в прощании. Только достоинство, смешанное со скрытыми клятвами, ореол грусти и ожидание новой встречи. Они отпускали ее с легким сожалением, но ненавязчиво, и в шутку негодовали, что отпущенное время закончилось так быстро. Что бы они ни делали, все выглядело так, будто оттачивалось неделями, но никто не посмел бы усомниться в неподдельной искренности их слов.

Таро подошел последним и вложил ей в ладонь небольшую стопку карт. Взгляд Рики снова затерялся в узоре его татуировок, словно в мерцании ночного ручья.

— Выбери путь волка, – сказал он и выпустил карты.

Рика сжала подарок в руке и вежливо отступила, тут же пропав в темной глубине коридора. Ее шаги стремительно отдалялись, пока совсем не затихли.

Кио, не спрашивая ни у кого разрешения, последовал за ней. Он не всегда выказывал интерес к приходящим в квартал женщинам, поэтому никто не посмел ему помешать.

* * *

Оставшиеся сайя приняли более непринужденные, расслабленные позы. Прежним остался разве что Хидео, который был в мире с собой в любой день года.

Убедившись, что Рика вышла сквозь алые двери на улицу, Кацу стащил маску и встряхнул головой:

— Будет тяжело. Особенно если ты не перестанешь лезть под руку, Таро. Я совершил ошибку с «лотереей». Императрица оказалась на удивление терпима, но вот знать за подобную вольность хочет четвертовать и девчонку, и меня. И все же она здесь, держится за свой меч и хлопает глазами отшельницы. Как тебе удалось изменить ее мнение? И самое главное – зачем?

— Считай это моим особым сюрпризом. – Таро отложил трубку в сторону.

В бокалы щедро полилось вино.

— Вряд ли ты ошибся, Кацу. – Хидео потянулся. – Нет ничего более интересного, чем смотреть, как любовь разрушает мир человека, привыкшего видеть его устроенным просто и объяснимо.

Аки взял виноград. Он сидел, непринужденно поджав ноги в кресле, а длинные серьги путались в темных волосах. Обычно живой и насмешливый, сейчас он выглядел недовольным.

— Да мы чуть не растерзали ее, словно свора бешеных собак. Она не знатная штучка, а дитя холмов и стали. Посвящает все свое время мечам и семье, у нее даже приятелей-то нет. Вы для нее – как явление божества. А когда боги рвут добычу на части, единственное подходящее чувство – не любопытство, а ужас. – Обольстительная завеса из улыбок и намеков, которую он напускал на себя перед женщинами, слетела с него словно ненужный плащ.

— Ты и так позволил себе слишком многое, – осадил его Кацу. – Я считаю, что Таро должен тебя выпороть.

— Выпороть стоит не его одного, – грубо усмехнулся Таро. – Объятия в первый же вечер? Решил заменить отсутствие лица близостью тела? Ты пойдешь на все, лишь бы победить.

Кацу раздраженно дернул плечами: