Книга Рыцарь и мотылек, страница 133 – Рейчел Гиллиг

Я думала, что, когда поправлюсь, все прекратится. Но назвав ему свое имя и разделив с ним горе, я будто что-то изменила между нами.

Глядя на него, я полыхала словно в лихорадке. У меня кружилась голова и путались мысли.

Горгулья цокнул языком.

— Вы оба довольно подурачились. – Он крикнул Рори: – Эй, Бартоломью! Не подойдешь ли сюда ненадолго?

— Что ты вытворяешь? – прошипела я.

Рори посмотрел на меня своими темными глазами. У него дернулся кадык, а потом Миндашес пошел к нам со скучающим видом; выдавал его волнение только предательский румянец на щеках.

— Чем-то помочь?

— Ради моего же душевного спокойствия… – Пушинка одуванчика влетела в нос нетопырю. Он отпрянул. Вскрикнул. И чихнул прямо Рори в лицо.

Я фыркнула со смеху, а Рори закрыл глаза.

— Для этого ты меня позвал? Чтобы обчихать?

— Тысяча извинений. Что я там говорил? Ах, да. – Нетопырь опустил каменную лапу мне на плечо. – Ради моего душевного спокойствия, избавь Бартоломью от ее страданий. Признайся ей, что влюблен.

Рори распахнул глаза, потом сурово свел брови. Бенджи и Мод, которые стояли позади него и плохо скрывали, что подслушивали, разом шумно выдохнули.

— Влюблен в… – пробормотал Рори и наконец-то покраснел по-настоящему. Опустил руки по швам, беспокойно потоптался с ноги на ногу, звякнув латными перчатками, и с прищуром посмотрел на горгулью, а после – на меня.

Я едва не поперхнулась собственным языком. Ткнула пальцем в морду нетопыря.

— Нельзя заявлять подобное. Это ужасно.

Тот постучал когтем по каменному подбородку.

— Неужели я в чем-то ошибся?

— Разумеется.

— Ох, боги. – Он надул грудь. – Значит, это ты в него влюблена, так верно будет?

Никакое рыцарское благородство не помешало Мод прыснуть от восторга. Она его источала всем своим существом. Бенджи вел себя немногим скромнее. Его взгляд так и метался между мной и Рори.

— Вот же… Нет! – Ладони у меня взмокли от пота. – Обязательно устраивать шум из ничего?

Нетопырь снова постучал себя по подбородку.

— Разве в Ярых Пиках было «ничего», Бартоломью? – Он кивнул в сторону Рори. – Этот явился к нашей двери, а потом ты надолго исчезла. Вернулась вся мокрая, сняла тунику и закуталась в одеяла. Я пытался уснуть, но ты ужасно себя вела: громко дышала, вздыхала, постанывала и ворочалась в своей постели…

Я зажала ему пасть ладонью.

Мод вцепилась в короля.

— Я же говорила: они что-то затевают! Я поняла это еще в ту первую ночь в Ашлине, когда он вернулся и курил без остановки. Ему конец, так или иначе.

— Значит, я все же угадал? – Нетопырь захлопал в ладоши. – Как чудесно. О, смотрите, прибыли рыцари!

Ленивой походкой нетопырь направился прочь, напевая себе под нос, словно не он только что растоптал мою гордость у всех на виду посреди деревенской площади.

Послышались голоса. Звенящий Лес стоял стеной зеленого, белого и желтого – травы и берез. Но сквозь эту пестроту просвечивали вспышки пурпура и серебра на ухабистой дороге.

Королевские знамена – и рыцари под ними.

Я пошла следом за Мод и Бенджи встречать их и нарочно толкнула Рори плечом.

— Курил без остановки? – поддразнила я.

— Постанывала? – c довольной усмешкой отозвался он.

Мы вернулись в Петула-холл. Серые тучи затянули солнце, и небо за окном обрело ту же бледность, что кора берез.