Онлайн книга «Константин. Восточный фронтир Империи»
|
— Да я уж понял. Пока не могу судить, действенно ли окажется ваше предупреждение, но что оно эффектно, никаких сомнений нет! — На неделю хватит, а там уж и Сахалин. — И то верно. Хотя должен заметить, что его высочество совершенно напрасно задался задачей искоренить телесные наказания. Готов ручаться, без них никакой дисциплины и порядка в наших диких землях не будет! На это Воробьев, неоднократно в бытность свою нижним чином сводивший знакомство с линьками, отвечать не стал. А лишь велел вооруженным карабинами матросам смотреть в оба и дал команду начать погрузку. — Костя, — тихо заметила отошедшая от иллюминатора Стася. — Так ли уж необходимо было отправить этих людей вместе с нами? — Не бойся, дорогая, — поспешил ее успокоить. — Трюм, в котором их разместят, будет закрыт, а все люки надежно охраняться. В конце концов, у нас не так много времени и кораблей. Фрегаты Лихачева разошлись по всем Азиатским портам демонстрировать флаг. Торговцы разгрузились и ушли в поисках нового фрахта. — Я вовсе не боюсь. То есть, боюсь конечно, но не за себя, я-то могу вовсе не выходить из салона, а за своих девочек. И, конечно же, Николку. Он в последнее время стал совершенно неуправляем и лазит где попало. Не хватало еще, чтобы оказался среди каторжников… — Не преувеличивай. Несмотря на то, что опасения твои вовсе не беспочвенны, это все же не каторжники. Но насчет Николая ты, пожалуй, права. Совсем разболтался мальчишка… — А ведь когда-то были времена, — вдруг позволила себе лирическое отступление обычно не склонная к ним великая княгиня. — Когда осваивать новые земли отправлялись лучшие… — Это когда же? — Да хотя бы в Древней Элладе! Согласись, как было бы славно, если бы колонизацией этих диких земель занялась наша молодежь, не успевшая растерять еще идеалов и пылкости души. Как много хорошего бы они сделали для этого края⁈ — Вот здесь бы они эту пылкость и растеряли! — хмыкнул я. — Что же до современников Перикла и Аристофана, боюсь, ваш учитель древней истории упустил кое-какие нюансы. Например о том, что добрая половина отправившихся открывать новые земли путешественников были изгоями из полисов, проигравшими своим соперникам в политической борьбе. Или же просто не принимавших царившие там порядки. — Боже, какой ты все-таки скучный! И во всем видишь только дурное… — Отнюдь. Разумное зерно в твоих рассуждениях есть, — задумчиво заметил я, припомнив ударные комсомольские стройки и тому подобные почины Советской власти, дававшие выход пассионарности всем, кто не успел растерять «пылкость и идеалы». — Вопрос в том, как эту самую «молодежь» привлечь? Мыс Дуэ получил свое название от одноименной деревушки нивхов, обнаруженной и описанной еще во время первой экспедиции лейтенанта Бошняка. Именно здесь моряки поставили пост, задачей которого было охранять расположенное неподалеку месторождение угля. К сожалению, близостью к источнику топлива достоинства этого места заканчивались. Отсутствие сколько-нибудь удобной бухты, способной защитить корабли от ветров, вынудило нас заложить первый населенный пункт пятнадцатью верстами севернее, за мысом Жонкьер в устье небольшой речки, разделявшейся перед впадением в море на два рукава. Нарекли его, как водится, в честь моего августейшего брата Александровском-Сахалинским. Причем первый камень в основание будущего города заложил ваш покорный слуга. Впрочем, пока это всего лишь пост, командовать которым назначен все тот же Марков, получивший от меня самые подробные наставления. |