Книга Константин. Восточный фронтир Империи, страница 58 – Иван Оченков, Антон Перунов

Поскольку эти слова звучали как тост, губернатор тут же кликнул официантов. Надо сказать, к этому времени гости успели насытиться и плавно переместились по разным помещениям. Мы с Муравьевым и приближенными в курительную комнату, а дамы в танцевальный зал. Лакеи быстро наполнили бокалы шампанским, и я снова оказался рядом с тем же титулярным советником.

— Князь? — вопросительно посмотрел я на него.

— Константин Николаевич, — вмешался губернатор. — Позвольте рекомендовать вам моего чиновника для особых поручений князя…

— Михаил Сергеевич Волконский, — с достоинством представился молодой человек.

— Полагаю, сын Сергея Григорьевича? — сообразил я, что передо мной отпрыск осуждённого по первому разряду [3] декабриста.

— Точно так, — кивнул тот, не став добавлять к последнему слову — «с».

Я в ответ отсалютовал ему поданным бокалом и вернулся к Муравьеву. Нам еще предстояло многое обсудить.

— Есть где разместить новоприбывших?

— Места под станицы уже размечены. С возведением домов поможем, продовольствие на первое время тоже найдем, равно как и деньги для подъемных. Кстати, я слышал вы не особо жалуете казачье сословие?

— Не совсем так. На границах, или если угодно фронтире, они не только полезны, но даже я бы сказал безальтернативны. Ибо пригодны не только для хозяйства, но и для службы. Но скажи на милость, какой прок от казачества во внутренних землях империи?

— Вы про донцов?

— Именно! Тамошние казаки за редким исключением привыкли к мирной жизни и откровенно тяготятся службой. Тем более, что приобретение амуниции и оружия, не говоря уж о строевых лошадях, за свой счет разорительно для многих хозяйств. Поэтому я в свое время и высказал мысль, что было бы правильно, переселить тех из казаков, кто этого пожелает на границы, а остальным дать возможность перейти в сословие обычных земледельцев. Как это было сделано при Екатерине Великой. Но наши ретрограды как обычно ни черта не поняли и, тут же возбудившись, поспешили выставить меня врагом всего казачества!

— То есть, против Амурского войска вы не возражаете?

— Ни в коем случае. То, что казаки не платят податей в данном случае совершенно не важно, ибо переселенцы от них так же освобождены. Зато станичники умеют обращаться с оружием и готовы за себя постоять. Это дорогого стоит! Кстати, сколько их ожидается, я имею в виду Забайкальцев?

— Всего планируется переселить порядка 18 000 душ обоего пола. Если удастся привлечь такое же количество с Дона и других войск, получится весьма недурно. Будем расселять их так, чтобы соседи всегда могли прийти друг другу на помощь. Выделять лучшие земли, давать скот. Не за год, конечно, и даже не за два, но полагаю справимся…

— Хорошо. Здесь я целиком и полностью полагаюсь на вашу, Николай Николаевич, опытность. А пока до наступления осенних и зимних штормов надобно решить вопрос с зимовкой флота. Правильно ли я понимаю, что здешние воды замерзают?

— Увы, Константин Николаевич. К тому же Татарский пролив вообще весьма сложен в навигационном отношении. Нужно искать более подходящее место.

— Ну а пока не нашли, придется уходить в порты Китая или Японии. Однако для этого нужен уголь. Мы в походе совсем поиздержались. Есть разведанные месторождения?

— Больше, чем возможностей его добывать. Самое доступное, пожалуй, на Сахалине. Кстати, знаете, как его обнаружили?