Книга Исповедь смертного греха 5, страница 96 – Макс Вальтер

— Цукенг вышел на связь, — начал я. — Он ничего не нашёл. Его люди, которых он годами кормил, отказались даже слышать фамилию Ковтун, а один предпочёл навсегда потерять заработок, лишь бы к этому вопросу не прикасаться.

Санёк поднял брови, Марта едва заметно поморщилась. Объяснять, что это значит, никому не понадобилось.

— Зато он подсказал, где искать. По его словам, такие данные у «Рудкофф» хранятся только в центральном контуре службы безопасности, рядом с руководством направления. Это сходится с тем, что выяснили Даша с Шуриком: внутренний периметр СБ физически отрезан от сети, и снаружи туда не войти.

Шурик кивнул, но промолчал.

— И где этот контур? — спросил Лёха.

Я посмотрел на Санька. Он, кажется, понял раньше, чем я успел ответить.

— Норд-Прайм, — ответил я. — Бизнес-центр «Орион». Пятьдесят седьмой этаж и выше.

Мишка присвистнул. Лёха провёл ладонью по лицу и выругался вполголоса. Карина смотрела на меня спокойно, только чуть сузила глаза. Санёк откинулся на спинку кресла и уставился в потолок.

— Обратно, значит, — сказал он.

— Угу, — буркнул я.

— Красиво. — Он хмыкнул. — Мы оттуда полгода назад уходили с расчётом, что больше нас там никто никогда не увидит.

— Знаю, Сань. Так вышло, и с этим ничего не поделать. Работаем с тем, что есть.

Я дал им несколько секунд, чтобы это переварить, и повернулся к центру стола.

«Каин, выводи».

Над столешницей развернулась голограмма. «Орион» встал над столом в полный рост, метра полтора высотой, и я в очередной раз отметил, насколько мало мы о нём на самом деле знаем. Снаружи модель была собрана целиком: силуэт башни, все её этажи, стеклянный фасад, посадочная площадка на крыше. А вот внутри здание почти полностью пустовало. Каин закрасил известное светлым, неизвестное оставил серым, и серого здесь было подавляющее большинство. Светлыми проступали только холл первого этажа, несколько технических уровней, по которым Санёк ходил в образе системного администратора, и пара этажей, куда нам удалось заглянуть через камеры. Всё вместе едва набирало десятую часть планировки.

Зато вокруг здания модель была проработана до мелочей. Улицы и проезды, транспортные слои над кварталом с высотами и направлением потоков, посадочные площадки соседних башен, подземные въезды на парковку. Каждый подход к «Ориону» и каждый путь отхода от него горел отдельной линией. Всё это мы собирали полгода назад, когда готовились к Гирееву, и собирали тщательно, потому что от этого зависело, выберемся ли мы с планеты.

Рядом с башней на модели стоял ещё один корпус, пониже, с выделенной красным крышей. В реальности его давно не существовало: именно там положили троих из «Пояса», и взрывом в «Орионе» повыбивало окна. Каин оставил его на схеме, потому что других данных о квартале у нас не было.

— Вот всё, что у нас есть, — сказал я. — Данные полугодовой давности. Подходы и отходы мы знаем хорошо. Что творится внутри выше технических уровней, почти не знаем. А то, что нам нужно, лежит на пятьдесят седьмом этаже и выше, то есть в самом сером месте этой модели.

Я обвёл взглядом всех, кто сидел за столом.

— Задача простая только на словах. Попасть внутрь закрытого контура, физически подключиться к терминалу, снять данные и уйти так, чтобы никто не понял, что именно мы искали. Иначе Андрея Ковтуна перепрячут или уберут раньше, чем мы до него доберёмся.