Книга Исповедь смертного греха 5, страница 97 – Макс Вальтер

Я положил ладони на стол.

— У кого какие мысли?

Тишина продержалась недолго. Первым заговорил Лёха, за ним сразу Мишка, и через минуту за столом говорили все разом, перебивая друг друга. Лёха предлагал зайти через подземную парковку, потому что грузовые въезды охраняют хуже парадных. Мишка возражал, потому что парковка у таких башен отрезана от верхних этажей отдельными лифтами, и на пятьдесят седьмой с неё не попадёшь. Марта прикидывала, можно ли пройти под видом сервисной бригады, которая обслуживает климатику или лифты. Шурик заметил, что любая подрядная бригада заходит по заявке, а её проверяют в той самой сети, к которой у нас нет доступа.

Я слушал и не вмешивался. Пусть выговорятся, пусть каждый вариант покрутят и сами же его разберут. Так быстрее становится ясно, что работает, а что нет.

— Идеально было бы войти как свой, — сказала наконец Карина. До этого она молчала, и все сразу повернулись к ней. — Как сотрудник, у которого есть пропуск и законное право находиться на этаже. Никаких заявок, никаких бригад. Пришёл на работу и пошёл по своим делам.

— Идеально, — согласился Шурик. — Только где мы возьмём сотрудника «Рудкофф» с доступом на пятьдесят седьмой?

И вот тут я вспомнил. А может, это Каин подкинул мне нужное воспоминание. В последнее время он работал так, что я практически не ощущал его присутствия. Но иногда я всё же ловил себя на том, что в голове возникают мысли, которых у меня быть не могло. Мы всё сильнее сливались в единую личность. И если раньше меня это пугало, то сейчас… Впрочем, речь не об этом.

Полгода назад Санёк провёл в «Орионе» ровно один день, под видом системного администратора Андрея Кравцова. Он настраивал сеть в пустом офисе на пятидесятом этаже, а вечером, на выходе из здания, застал в холле некрасивую сцену: какой-то юрист на глазах у всех орал на молоденькую стажёрку. Санёк перехватил её у дверей, успокоил и увёл в кафе через дорогу. К концу вечера мы знали, что девушка работает в юридическом отделе на пятьдесят седьмом этаже, а по утрам, ещё до начала рабочего дня, разносит по кабинетам ключи с цифровыми подписями и защищённые носители. Воспользоваться этим мы тогда так и не успели. Той же ночью «Пояс» попытался добраться до Гиреева, его увезли за город, и всё закрутилось совсем в другую сторону.

— Сань, — сказал я. — Та стажёрка. Которая по утрам ключи разносила.

— Екатерина, — тут же ответил он, будто только этого вопроса и ждал.

— Что, если использовать её?

Санёк откинулся на спинку кресла и какое-то время смотрел на голограмму. Я видел, как он раскладывает вопрос по полкам, и не торопил его. После процедуры он думал иначе: раньше собирал картину по кускам, а теперь выдавал её сразу, целиком.

— Контакт можно отработать, — сказал он наконец. — Но риск серьёзный.

— Давай по порядку.

— Первое. Катя знает меня как Андрея Кравцова, системного администратора. Значит, идти к ней придётся под той же личностью. Да, я понимаю, что можно познакомиться под другой личностью, но в этом случае исчезнет и то, что нас с ней связывает. А Кравцов засвечен. Он появился в «Орионе» с пропуском на пятидесятый этаж ровно накануне той ночи, когда «Пояс» пытался совершить теракт. А на следующий день исчез. Если безопасность потом перебирала всех, кто был в здании в те сутки, Кравцов у них в списке наверняка есть.