Книга Исповедь смертного греха 5, страница 109 – Макс Вальтер

Собраться вживую мы не могли. Норд-Прайм не Таргон, здесь над каждым кварталом висит сеть дронов. Любые сборища здесь сразу же брались на контроль, особенно после случая с террористической атакой. А если Катю действительно взяли, служба безопасности первым делом начнёт искать, с кем она общалась. Следом начнут проверять, с кем общались эти люди, и так дальше по цепочке. И в этом случае наша встреча стала бы для них подарком. Естественно, всё это гипотетически, но я считал, что лучше перебдеть. Поэтому открыл меш-сеть и перевёл её в голосовой режим.

Лёхи с Мартой в сети не было. Их рейс с Таргона уходил утром, а меш-сеть работает только при условии, что между визорами имеется прямая связь. В общем, о случившемся они узнают уже после посадки.

— Все на связи? — спросил я.

Голоса отозвались один за другим. Карина ответила первой, коротко и сухо, как всегда в работе. За ней Санёк, потом Мишка, Шурик, и последней, с небольшой задержкой, Дашка.

— Катя так и не вышла, — сказал я. — Визор пропал у проходной в семь ноль шесть утра и с тех пор в сети не появлялся. Нужны варианты. Говорите всё, что приходит в голову, отсеивать будем потом.

Первой заговорила Дашка, и я понял, что она держала эту мысль весь вечер.

— Её могли просто задержать. Она же сама рассказывала про опись, которую теперь ведут на входе и на выходе. Если хоть один носитель не сошёлся, её могут держать до тех пор, пока не пересчитают всё заново.

— До половины первого ночи? — резонно заметил Саня.

Он сказал это спокойно, без нажима, но Дашка замолчала.

— Даже если она задержалась на пересчёте, к девяти вечера её бы отпустили. Они ведь там не мешок с рисом пересчитывают, — продолжил он. — А главное, визор. Будь она свободна, она бы вышла из здания, и визор обязательно появился бы в сети.

— Это можно проверить, — сказала Дашка. — Отвод, который Санёк поставил на пятидесятом. Если его за полгода не нашли, я зайду через него в общую сеть здания прямо сейчас и посмотрю журнал проходной. Хотя бы узнаем наверняка, вышла она или нет.

— В закрытый контур через него не попасть, — напомнил Шурик. — Всё, что делает СБ, в общей сети не отражается. А если её взяли из-за программы, то сейчас они как раз прочёсывают сеть здания в поисках того, кто ещё туда залез. Любое лишнее движение могут заметить.

— Мне не нужно никуда лезть. Только посмотреть журнал на первом этаже и сразу выйти.

— Делай, — сказал я. — Только аккуратно и быстро.

Дашка замолчала. В канале осталось только её дыхание. Прошло около двух минут.

— Отвод живой, — наконец произнесла она. — Его никто не трогал. Пропуск Кати отметился на входе в семь ноль четыре. Отметки на выход нет. Ни на основной проходной, ни на служебной, ни на парковке. Я вышла, следов не оставила.

— Значит, она до сих пор в здании, — подтвердил очевидное Мишка.

— Или её вывели так, что пропуск не понадобился, — поправил Санёк. — Задержанных через турникет не водят. Служебный лифт, закрытая парковка, машина с экраном. Ни то ни другое она не сделала бы по своей воле.

В канале стало тихо.

— Значит, нашли программу, — сказала Дашка, и голос у неё сел.

— Или нашли что-то другое, — заметил Шурик. — Не обязательно сам код. Сканирование у них стоит и на выходе. Визор, который за день внутри сделал больше обычного, мог дать отклонение, даже если программу никто не увидел. Но для нас разницы нет. Она у них, и мы понятия не имеем, что они уже знают.