Книга Разорённая леди. Хозяйка пограничного двора, страница 122 – Лила Синклер

Лиора читала выписки одну за другой. Трёх листов было мало для вывода о всей системе, зато в описи стояли десятки однотипных позиций: выплаты, копии поручений, списки возчиков. Теперь можно было брать выборку по годам, а не верить впечатлению от пыльной комнаты.

— Разделите всё на три группы, — сказала она писарю. — Платежи, движение груза, служебные распоряжения. Сначала ищем документы, которые подтверждаются независимой книгой: банковской отметкой, постовым журналом или расходом материалов. Один лист может быть подложен. Два разных учёта, совпавшие по дате и сумме, подложить сложнее.

Писарь перевернул опись. На обороте уже стояли его карандашные пометы — сухие, мелкие, без восторга Мины. Он нашёл семь выплат с отметкой Реннарта, четыре списка возчиков и девять распоряжений без входящего номера. Среди последних Лиора увидела знакомую формулировку о повреждённых весовых балках.

Одна выплата показалась Мине знакомой по сумме, но дата отличалась на год. Она уже протянула палец к строке и остановилась, не коснувшись копии.

— Я перепутала, — сказала она. — В старой книге было двадцать восемь золотых, здесь восемьдесят два.

Писарь зачеркнул поставленный рядом вопросительный знак. Лиора попросила оставить зачёркнутое видимым: поиск тоже имел ошибки, и скрывать их было опаснее, чем признавать.

Следующие три позиции не совпали ни с одной внешней книгой. Их вынесли в отдельную группу «без подтверждения», хотя одна содержала имя уволенного грузчика. Знакомое имя не заменяло банковскую отметку.

— Это тот же ремонт, по которому нашли поздний оттиск старой печати?

— Похоже, — сказал писарь. — Но номера разные. В архиве двора разрешение списать балки, здесь — поручение Реннарта оплатить перевозку новых. Дата отличается на два дня.

Так появлялась первая связка: старая печать Гераля, реальный расход двора и внешняя выплата посредника. Она всё ещё не связывала его с люменитом, зато связывала с тайной кладовой уже не через расположение комнаты и не через тридцатилетний стаж.

— Кто подписал опись кладовой? — спросила Лиора.

Писарь перечислил всех шестерых и показал строки. Орс отдельно отметил, что за годы службы не получал ключа; Томас описал замок как старый, но смазанный внутри. На металлической скобе нашли свежую тёмную смазку, а под нижней полкой — огарок свечи, сгоревший не больше чем наполовину. Эти мелочи не называли посетителя, но разрушали версию о помещении, забытом со времён её отца.

— Огарок и смазку изъяли отдельно?

— Да. С контрольным соскобом со второй петли.

Лиора проверила подписи внизу описи. Томас расписался дважды: сначала не в своей строке, затем рядом с исправлением. Ошибка не исчезла под новым чистовиком.

— Это материал для карты, — сказала она. — Пока не сама карта. Выплаты нужно связать с получателями, грузами и внешними книгами.

* * *

— Гераль знает, что кладовую вскрыли? — спросила Лиора.

— О находке знают участники осмотра и караул у опечатанной двери. Капитан запретил обсуждать содержимое во дворе, но гарантировать тайну при семи людях не стал.

— Семи людей для тайны много. Пусть капитан не рассчитывает на неё и поставит пост у других помещений из списка Орса до официального опроса Гераля.

— Что теперь, госпожа? — спросила Мина, глядя на неё с той же готовностью действовать, что отличала её с самого первого дня их знакомства.