Книга Грязелечебница «Чаша Аждаи», страница 90 – Полина Луговцова

«Но я никогда не жила на этой земле, почему я должна быть за нее в ответе?» – с отчаянием подумала Тияна и тем самым вступила в диалог с демоническим существом, хотя и не собиралась общаться с ним.

«Правильно, пусть все горит синим пламенем! Не свое, и не жалко! – радостно подхватил голос. – Зачем тебе такая обуза?»

Тияне вдруг представились охваченное огнем здание больницы в Миране и фигура Драгана за окном, в котором начали лопаться стекла.

— Я хочу знать цену, которую мне придется заплатить, чтобы этого не произошло, – заявила Тияна, глядя в темную даль и чувствуя, как от бессилия к глазам подступают слезы. Она понимала, что цена будет не ниже той, что заплатила в свое время Наджа.

— Скоро, очень скоро ты все узнаешь…

— Я хочу знать сейчас! Назови полную цену и условия оплаты, со всеми подробностями!

— Ты все увидишь своими глазами, и гораздо быстрее, чем если я стану тебе об этом рассказывать. Зрелище вот-вот начнется. Обещаю, что скучно тебе не будет. – Голос сменился тихим противным хихиканьем, которое вскоре потонуло в шуме усилившегося ветра: Аждая часто заработала крыльями и начала стремительно снижаться.

Вернулись звезды и луна, чуть побледневшие от того, что небо на горизонте уже начало светлеть: ночь была на исходе. Йованы по-прежнему нигде не было видно, и это немного тревожило Тияну. Она успокаивала себя тем, что, поскольку ее бабушка – призрак, едва ли с ней может случиться что-то непоправимое.

Внизу показались огни, и Тияна разглядела знакомые очертания корпусов грязелечебницы. Странно, почему огни зажглись только под утро? Ведь, когда Аждая пролетала над грязелечебницей, никаких огней там точно не было. Теперь же почему-то горели фонари вокруг озера, освещая озерную гладь и часть прилегавшего к озеру парка, а вся остальная территория грязелечебницы тонула в темноте. Окна корпусов были закрыты рольставнями, и никакого движения нигде не наблюдалось. Хотя… разглядывая ряды стриженых кустов, лавочки и дорожки, Тияна вдруг краем глаза заметила едва заметное шевеление в том месте, где живая изгородь отделяла парк от пляжной зоны. Сосредоточив там свое внимание, она ощутила, как ее и без того задубевшее за время воздушной прогулки тело коченеет еще сильнее. Причиной послужил вид человеческих фигур в черных мантиях, стоявших на берегу озера, примерно там, где Тияна встретила Ника в день своего приезда. Удивительно, что она сразу не заметила этих людей, ведь их была целая толпа. Скорее всего, она упустила их из виду из-за того, что никто из них не двигался, и взгляд Тияны привлекли полы их мантий, затрепетавших от порыва ветра.

Затем на глаза Тияне попалась лодочка, застывшая посреди озера. На дне ее лежал человек, одетый в белое, и безучастно смотрел вверх. Аждая снизилась настолько, что Тияна без труда разглядела его и узнала в нем Глеба.

«Заключительная процедура всегда проводится по ночам…» – вспомнилась ей фраза, сказанная Эллой Линдер.

Люди в мантиях подняли головы, капюшоны упали им на плечи, открывая лица. Тияна увидела среди них Горана, он смотрел на Аждаю так, словно давно ждал ее появления: ни удивления, ни страха не отразилось на его лице, лишь благоговейное восхищение. Несколько мужчин, стоявших рядом с ним, были знакомы Тияне: они возглавляли похоронную процессию в день похорон Йованы, неся гроб с ее телом на своих плечах. Дракон и у них не вызвал беспокойства, они тоже встречали его с радостно-торжественным видом. Такой вид бывает у религиозных фанатиков во время молитв или у маньяков перед совершением преступления. Правда, Тияна видела маньяков только в кино, но там они выглядели именно такими: со слащавыми улыбками и безумными глазами.