Книга Грязелечебница «Чаша Аждаи», страница 89 – Полина Луговцова

«Но ведь колодец-то я нашла не во сне!» – мелькнула в голове Тияны тревожная мысль, но тотчас исчезла, как и все прочие мысли: у нее захватило дух в тот миг, когда Аждая миновала преграду из колодезных колец и, вырвавшись на свободу, с силой заработала крыльями, взмывая к горным вершинам.

Несмотря на все страхи, Тияну охватил безудержный восторг, какой она испытывала лишь в раннем детстве, когда еще была жива мама, и они вместе с ней и отцом катались на аттракционах. Тогда, как и сейчас, восторг смешивался с ужасом от ощущения дикой высоты, из-за ветра слезы застилали глаза, превращая окружающее пространство в размытую палитру пестрых красок, а душу распирало от гордости за то, что она решилась на такой рискованный шаг.

Набрав высоту, Аждая перестала разгоняться, и ее длинное гибкое тело приняло горизонтальное положение. Тияна осмелилась посмотреть вниз и непроизвольно поджала пальцы в кроссовках. От дикой высоты закружилась голова, и вновь возник вопрос: почему же в предыдущем сне высота ее так не пугала? Йована была права, в этот раз все по-другому, и дело не только в драконе. Тияна решительно отвергла догадку о том, что сейчас все происходит наяву. Нельзя даже на секунду верить в это, иначе недолго и умом тронуться.

Крылья Аждаи со свистом рассекали воздух и, казалось, становились все больше с каждым взмахом, а грязелечебница и поселок Миран, расположенные по разные стороны горы, над которой они летели, наоборот, все уменьшались и вскоре стали совсем неразличимы, слившись с горным ландшафтом. Вскоре и гора потонула в тени драконьих крыльев, заслонивших свет звезд и луны, и вся земля под ними стала однообразной серой пустыней, похожей на бескрайнее безжизненное пепелище.

«Вот так будет выглядеть этот мир, если нарушить древний обычай», – Тияна не знала, была ли это ее собственная мысль, или к ней обратилась Йована, которая, кстати, давно исчезла из поля ее зрения.

А может, это сказал кто-то другой?

Тияна чувствовала на себе чье-то пристальное внимание, направленное из темноты, плескавшейся вокруг. Она узнала этот свистящий шепот, похожий на змеиное шипение, он звучал точно так же, как голос «Бога», которому поклонялась Наджа – вкрадчиво и в то же время властно.

Тот факт, что «Бог» заговорил с ней, показался Тияне дурным знаком. Возможно, это существо пыталось выяснить ее намерения, как будто опасалось, что она откажется выполнять уговор, заключенный между ним и Наджой, которая передала свои обязательства по наследству, и те достались Йоване. Скорее всего, Йована солгала, сказав, что от Тияны потребуется лишь «выгуливать» дракона. Тияна помнила из прошлых снов, что Аждае требовалось приносить жертвы, и у нее все внутри переворачивалось от мысли о своей возможной причастности к ритуальным жертвоприношениям. Само собой, она не собиралась делать это, но чувствовала себя так, будто угодила в капкан: наверняка «Бог» Наджи сделает все, чтобы подчинить новую хозяйку Аждаи своей воле, как подчинил однажды ее прародительницу, сыграв на ее материнском горе. Недаром же он явился Тияне и затеял с ней этот разговор.

«Земля твоих предков может процветать, а может покрыться пеплом. В пепел обратится все, что есть на ней: дома, деревья, камни, плоть… – прошелестел голос «Бога», возникший в шуме сосен, укрывавших горные склоны. – Теперь ты в ответе за эту землю!»