Книга Грязелечебница «Чаша Аждаи», страница 92 – Полина Луговцова

— Как твоя нога? Хочешь, отвезу тебя на обследование в инвалидном кресле?

— О, нет-нет, с ногой уже все в порядке! – поспешно заверила его Тияна. – Вполне дойду сама.

— Давай я провожу тебя.

— Эм-м… Может быть, отложить это до завтра? – Тияна недовольно вздохнула, давая понять, что не в восторге от его чрезмерной заботы.

— Завтра приедет адвокат с бумагами, касающимися твоего наследства. Тебе нужно будет ознакомиться с ними и подписать согласие на вступление в права наследования.

— Но я еще не решила, буду ли его принимать.

— Уж постарайся решить сегодня.

— Хорошо, но тогда никаких врачей! Мне нужно все здесь осмотреть, ведь до сих пор у меня не было возможности это сделать.

— Могу провести тебе экскурсию, – предложил Горан, пытаясь скрыть настойчивость за непринужденным тоном.

Тияна едва справилась с соблазном ответить ему отказом, понимая, что при отсутствии весомых аргументов, которых у нее на тот момент не нашлось, это будет выглядеть странно и он все равно настоит на своем.

Интуиция заставляла Тияну тщательно скрывать от Горана свое неприязненное отношение к нему, ей казалось, что, если он это почувствует, то догадается о ее намерении тайно покинуть грязелечебницу и, чего доброго, переведет ее из статуса хозяйки в статус узницы – то есть просто-напросто посадит под замок. А ей нужна была свобода, чтобы пустить в ход универсальный ключ, оброненный Гораном в ее комнате. Тияна надеялась, что ключ, который открывает все двери, откроет для нее и путь к разгадке многих тайн, скрывающихся в этих пропитанных сыростью стенах.

Однако перспектива бродить в обществе Горана по пустынным коридорам Тияну не радовала. После его вчерашних откровений ей не хотелось оставаться с ним наедине. Вдруг ее осенило: можно ведь попросить Петру составить им компанию! Наверняка горничная вскоре появится, чтобы провести ежедневную уборку.

Горан предложил встретиться в холле в три часа дня, и Тияна согласилась без колебаний, прикинув, что к этому времени успеет привести себя в порядок и сходить в столовую, где она надеялась встретиться с Эллой Линдер и узнать, удалось ли той разыскать Дульского. Свое намерение пригласить на экскурсию Петру она от Горана утаила, решив, что будет лучше, если это станет для него сюрпризом: не прогонит же он горничную, когда Тияна явится на встречу вместе с ней. Лишь бы только Петра согласилась!

В трубке раздались долгожданные короткие гудки: Горан наконец-то отстал от нее и, бросив короткое «увидимся», отключился. В наступившей тишине на Тияну вновь начали давить воспоминания о ночном кошмаре: вернулось ощущение безысходности, возникшее в момент общения с демоном. После трагической сцены на озере Тияна больше не могла называть его Богом, даже в переносном смысле. Это был коварный демон, подстроивший все так, чтобы Тияна оказалась соучастницей ритуала жертвоприношения, и пусть этот ритуал ей лишь приснился, но отпечатался он в ее памяти не менее отчетливо, чем если бы произошел на самом деле. Вряд ли она когда-нибудь сможет забыть об этом. Жаль, что еще не изобрели таблетку, стирающую сны. Тияна пыталась выбросить из головы картины последних сновидений, но те продолжали стоять перед ее мысленным взором, пугая необычайной четкостью.

Она помнила все до мельчайших подробностей: и то, как Аждая вернулась обратно в подземелье, спикировав в шахту на горном склоне, и то, как отверстие в шахте закрылось решеткой, выдвинувшейся из прорези в стене, и то, как Тияна вышла из подземелья в холл, открыв каменную дверь-нишу с помощью талисмана, а потом вернулась в свой номер, отперев дверной замок электронным ключом, который лежал в кармане ее куртки и каким-то чудом не потерялся. Тияна помнила даже то, как заставила себя умыться и почистить зубы – не столько ради соблюдения гигиены, сколько из-за того, что ей казалось, будто на ее зубах скрипит пепел.