Книга Жадность Дюпонов. Как крупнейшая химическая корпорация отравила мир, страница 73 – Роберт Шрёдер

Когда я должен был праздновать появление нового малыша и с нетерпением ждать нового, более гладкого пути дома и на работе, вместо этого я взвешивал решение, которое повергло бы в неопределенность не только меня, но и мою семью. Я боялся ложиться спать по ночам, зная, что не смогу уснуть, пока конфликтующие импульсы — соскочить с беличьего колеса этой донкихотской битвы с DuPont или снова вскочить на него — безжалостно крутятся по кругу у меня в голове. Я был единственным человеком за пределами DuPont, который когда-либо видел все документы, связанные с ПФОК. Да, я свалил самый важный процент из них на регуляторов, но я сомневался, что тот, кто их просмотрит — если они вообще их просмотрят — полностью поймет их значение. Я задавался вопросом, понимают ли это даже некоторые из нынешних лиц, принимающих решения в DuPont.

Я все еще боролся с тем, какой путь выбрать, когда мне позвонил человек по имени Джо Кейджер и рассказал историю, которая помогла склонить чашу весов для меня, сделав практически невозможным сказать «нет».

За девять месяцев до того, как он позвонил мне, в октябре 2000 года, — еще за несколько месяцев до того, как Теннанты и DuPont начали переговоры об урегулировании своего иска, но в течение нескольких недель после моего звонка Берни с предупреждением, что я знаю о проблеме DuPont с ПФОК и тефлоном, — Джо был на заднем дворе своего двухэтажного дома в Любеке, в тени деревьев, расслабляясь на качелях в саду, огороженном белым штакетником. Он наблюдал за своей женой Дарлин, поливающей хосты и лилейники, когда они услышали, как подъехал почтальон. Дарлин вышла к почтовому ящику. Она вернулась во двор, перебирая макулатуру и открывая счета. Когда она достала счет за воду, он был сложен вместе с официального вида уведомлением.

— Дорогой, нам пришел счет за воду, — сказала она Джо. — Тут что-то написано о чем-то в воде.

— Дай-ка сюда, — сказал Джо.

Это было одностраничное письмо от Округа коммунального обслуживания Любека — письмо, которое DuPont практически продиктовала. Оно содержало много технических терминов, которые мало что значили для учителя физкультуры четвертого класса. Что-то о частях на миллиард, уровнях безопасности и руководствах, концентрациях химикатов в воде. Джо прочитал письмо пару раз, не особенно понимая. Однако язык был в меру успокаивающим, поэтому он не встревожился. Он бросил письмо на свой стол в подвале и забыл о нем, когда оно завалилось другими бумагами.

Несколько недель спустя Джо и Дарлин ужинали с подругой. Подруга упомянула, что у ее внучки, пяти или шести лет, проблемы с зубами. Они чернели, и никто не знал, почему.

Еще через неделю Джо узнал, что у друга в другом конце города диагностировали рак яичка. Это заставило его задуматься о нескольких других молодых людях в районе, мужчинах лет двадцати, у которых тоже развился рак яичка. Разве это не редкий вид рака? Затем он узнал, что его соседка по соседству, молодая женщина, тоже учительница, борется с другим видом рака. Если подумать, рак пробирался и через соседских собак. Люди через дорогу недавно обнаружили, что обе их собаки усыпаны опухолями. Совпадение? Джо Кейджер вспомнил о письме в счете за воду. Там говорилось о химикатах в их питьевой воде.

Он спустился в подвал, порылся в бумагах на столе и нашел уведомление от водопроводного округа. На этот раз он прочитал его внимательно. Там было много слов и терминов, которых он не понимал, и это заставило его почувствовать беспокойство. Там говорилось, что химикат, называемый C8, присутствует в его воде в «низких концентрациях», но что «эти уровни ниже руководства DuPont, и DuPont сообщила Округу, что уверена в безопасности этих уровней».