Книга Таксидермист, страница 7 – Андрей Северский

— Риск необратимого повреждения лазерного органа.

— Электрошок?

— Кристаллическая структура может распределить заряд по всему телу.

— Значит, сначала образец.

— Потребуется приблизиться.

— Я и так это понял.

Главный риск любого идеального трофея заключался в том, что сначала его приходилось встретить живым.

Значит, в Оружейную.

Дверь узнала нейросигнатуру и открылась. Здесь пахло металлом и смазкой. Ни цветов, ни старых фотографий. Только то, что работало или ожидало ремонта. Так было проще.

«Телескоп-М» висел на магнитном креплении в базовой конфигурации. Тёмный корпус длиной чуть больше предплечья, плоская рукоять, закрытый порт модулей. Семейству оружия было больше полутора веков. Эту конкретную сборку я закончил сорок лет назад и с тех пор заменил в ней почти всё, кроме несущей рамы и трёх царапин на левой стороне.

Кхам утверждал, что после такого ремонта винтовка становится другой.

Я утверждал, что после его ранений к нему можно применить ту же логику.

Спор пока оставался открытым.

Сняв оружие, положил его на верстак.

Астероид недостаточно массивный, чтобы иметь газовую оболочку, либо она минимальна. В центральных кавернах возможны газовые карманы, но их состав неизвестен.

Значит, атмосферный ионизатор оставался дома. В вакууме создавать плазменный канал было не из чего. Можно выпустить рабочее облако перед выстрелом, но тогда цель, конкуренты и половина датчиков в секторе узнают, где я нахожусь.

Для охоты это называлось не технологией, а приглашением.

Я взял два сегмента «Рельс-Гармошки». Первый добавлял магнитное ускорение и длину направляющей. Второй работал как ступень юстировки и тепловой буфер. В вакууме охлаждение шло хуже, и несколько мощных выстрелов подряд могли перегреть катушки.

Впрочем, если по Стеклянному Змею придётся стрелять несколько раз подряд, контракт уже можно будет считать проваленным.

Первый сегмент встал на место с тихим ударом. Магниты выровняли соединение. Второй присоединился следом.

— Диагностика, — приказал помощнику.

По корпусу пробежала синяя полоса.

— Отклонение оси — ноль целых восемь микрометра, — сообщил Архивариус. — Тепловой буфер заряжен на девяносто три процента. Рекомендую заменить второй фиксатор.

— После возвращения.

— Это вы говорили перед прошлым контрактом.

— Я вернулся.

— Не является доказательством исправности фиксатора.

Не став отвечать нейронке на подкол, открыл шкаф с боеприпасами.

Стандартные «Стрелы» лежали в серых кассетах. «Таксидерм-10» хранились отдельно, каждый в герметичной ячейке. Сложный дротик стоил как хороший ручной бластер и требовал проверки перед использованием.

Расходовать такой по бандиту было всё равно что забивать гвоздь хирургическим инструментом. Хотя при необходимости я забивал.

Для начала взял два диагностических дротика. Они не несли полной дозы: только микроинъектор, сенсоры и метку. Первый выстрел должен был дать кровь или её местный аналог. После этого Архивариус смог бы уточнить метаболизм.

Если первый выстрел вообще пробьёт кожу.

Следом выбрал пять «Таксидермов». Три заполнил «Сон-травой» в нейтральном носителе. Два оставил под нейропарализатор, но не активировал смесь.

— Видовой профиль не подтверждён, — напомнил Архивариус.

— Поэтому и не активировал.

— Ранее вы поступали иначе.