Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 52 – Лорен Э. Рико

— Ладно, пойдем, – говорит Исабель, кивком показав на крутую двухпролетную лестницу, над которой красуется вывеска: Comunidad La Perla – Район Ла Перла.

Я крепко держусь за перила, когда мы начинаем спускаться. Похоже, Исабель меньше моего беспокоится о том, как бы не упасть и не сломать ногу – или чего похуже. Там, где находится нижняя ступенька этой лестницы, начинается Ла Перла.

— Я хочу, чтобы ты все время держалась рядом со мной, – говорит Исабель, остановившись, чтобы изложить мне неписаные правила, действующие здесь. – Не ходи одна, хорошо? Это важно, очень важно. И ничего никому не говори. Никому. Предоставь говорить мне. Я серьезно – не задавай вообще никаких вопросов. Понятно, Шерлок?

Сердито смотрю на нее – я совсем не в восторге от этого нового прозвища.

— Это и есть имечко, которым ты собираешься называть меня?

Она пожимает плечами.

— А ты предпочла бы, чтобы я называла тебя Нэнси Дрю?^[30]

Я смеюсь и трясу головой.

— Что ты, нет, нет…

Исабель придвигается ближе, чтобы я могла расслышать ее, когда она понижает голос:

— Я просто хочу, чтобы ты ясно поняла: тут есть свои правила поведения. Особенно если ты не с этого острова.

— Мне что, надо начинать беспокоиться? – спрашиваю я, и мне впервые приходит в голову, что, возможно, моя экскурсия сюда была не самой лучшей идеей. – Эм-м-м… Если это слишком опасно, мы могли бы просто…

— Что? О, перестань, – отвечает она и ободрительно кладет ладонь на мое предплечье. – Извини, я вовсе не собиралась тебя пугать. Здесь совершенно безопасно – пока ты уважаешь тех, кто здесь живет. Ты можешь увидеть некоторые… коммерческие сделки, ведущиеся вокруг нас. Так вот, не пялься на участников. Тебе нет нужды бежать без оглядки, но не стоит и проявлять к этому излишний интерес.

— Хооорошооо, – неохотно соглашаюсь я, надеясь, что смогу понять, про какие «коммерческие сделки» она говорит.

Следуя за ней, я вижу, как ее длинные темные волосы расходятся веером по белой хлопчатобумажной блузке с пышными рукавами и квадратным вырезом. В Исабель есть что-то, что я нахожу очень притягательным, – какая-то непринужденная уверенность в себе, которой я восхищаюсь… и завидую. Что-то подсказывает мне, что она сумела бы придумать, как настоять на своем на работе и при этом не нарваться на увольнение. И вместе с тем в ней чувствуется жесткость, которую можно обнаружить в тех, кто имеет опыт выживания на улице, – в тех, кто привык рассчитывать только на свои силы. Тут уж я не скажу, что завидую.

— Осторожно, – бросает она через плечо.

Мы пробираемся по узким проходам между домами, некоторые из которых разрушены. Впечатление у меня такое, будто я заглядываю в чужую жизнь сквозь двери и окна, которых больше нет.

Но затем перед нами вдруг оказывается самая красивая баскетбольная площадка, что я когда-либо видела. Она раскрашена в шахматном порядке и состоит из ярких оранжевых, желтых, зеленых и синих квадратов, а в середине, напротив бетонных трибун, выведены слова «Ла Перла». На площадке играют мальчики-подростки, они шутят, смеются. Я не могу понять, что они говорят, но могу с уверенностью предположить, что они поливают друг друга трэш-током, передвигаясь с квадрата на квадрат. Быстро фотографирую их на свой телефон.

— Ven, Гэбби, – кричит мне Исабель, увидев, что я отстала.