Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 55 – Лорен Э. Рико

Одна из ее темных бровей приподнимается. Только одна. И я едва не застываю как вкопанная, потому что знаю: только двадцать четыре процента людей могут поднять одну бровь. Моя мать могла это сделать. И я тоже могу. Иногда получается у Матео. А теперь мне известно, что Гэбби Ди Марко тоже способна это сделать. Так что она не единственная, кто ищет зацепки.

— Хорошо, хорошо, извини. Просто я так радуюсь, когда вижу такие вещи – такие яркие, полные драйва… такие живые. И притом вижу здесь, прямо посреди этого…

Я понимаю, что она пытается подыскать слово, которое не обидело бы меня. Но мы находимся в Ла Перле, и как бы ее жители ни гордились своим районом, он то, что он есть.

— Баррио, – подсказываю я. Это слово употребляется как в испанском языке, так и в английском.

Она искоса смотрит на меня.

— Я могу задать тебе вопрос?

— Да, конечно. Само собой, – отвечаю я, когда мы заходим в ту часть Ла Перлы, которая особенно пострадала от последнего урагана.

— Расположение у этого района первоклассное – он смотрит прямо на океан. И полагаю, недвижимость, расположенная по ту сторону стены, должна стоить кругленькую сумму…

— …так почему же Ла Перла так и не была превращена в район престижных люксовых кондоминиумов? – договариваю за нее.

— Вот именно. Я хочу сказать, что на Манхэттене районы, прежде населенные людьми с низкими доходами, были облагорожены. Разве у вас никто этим не занимается?

Я пожимаю плечами.

— В других районах – да, но не в Ла Перле. Местные жители гордятся тем, что они живут именно здесь – для них это часть истории их семей. Я даже не могу сказать тебе, сколько раз крупные девелоперские компании пытались купить эту землю. Но местные отказываются продавать, опять, опять и опять. Ла Перла – их дом, и никто не сможет отнять его у них.

Внезапно дорожка, по которой мы идем, значительно сужается, и нам приходится идти гуськом. Гэбби слегка спотыкается и, чтобы не упасть, хватается за мое плечо.

— Извини, – бормочет она за моей спиной. – Думаю, дело в том, что я неудачно выбрала обувь.

Оглядываюсь и смотрю на ее босоножки на ремешках. Я видела такие в торговом центре и сама загляделась на них. Но на этикетке была указана трехзначная цена, и это сразу охладило мою тягу к ним.

— Твой педикюр – дерьмо, – замечаю я. – Потом мне надо будет это исправить.

— О, знаю, знаю! Перед отъездом я не смогла попасть в мой обычный салон красоты. А ты точно не имеешь ничего против?

— Ну, я не могу допустить, чтобы меня видели в обществе женщины с паршивым педикюром. Это плохо отразится на моем бизнесе.

Гэбби хихикает, и от этого звука мои губы трогает невольная улыбка. Такое чувство, что в воздух поднимаются крошечные пузырьки, легкие, свободные.

— О, нам туда, – говорю я, увидев дом, который нам нужен.

Матео, чей офис находится неподалеку отсюда, посоветовал поговорить с Эль Вьехо. Это его прозвище, и означает оно «старик». Сама я с ним не знакома, но знаю, кто он такой. Любой, кто каким-то боком связан с Ла Перлой, знает это, хотя никто не может вспомнить, как его зовут. Эль Вьехо родился здесь, вырос здесь, влюбился и женился здесь, вырастил здесь своих детей и здесь же похоронил свою жену. Мало кто застал все те перемены, которые он видел на своем веку, – поэтому мы и идем, чтобы поговорить с ним.