Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 54 – Лорен Э. Рико

Долю секунды я гадаю о том, не было ли у него какого-то темного секрета, глубоко запрятанного под непринужденным дружелюбным нравом. Не скрывал ли он правду обо… мне?

О чем я вообще думаю, черт возьми?

Ведь тогда мне пришлось бы поверить, что люди, которых я любила больше всех на свете, могли похитить меня и воспитать как свою собственную дочь. Но я не могу в это поверить. Потому что это означало бы, что вся моя жизнь была обманом. А я в это не верю.

— Нет. Нет.

Я не осознаю, что произнесла это вслух, пока Исабель не касается моего плеча.

— Эй, Гэбби, ты в порядке?

— Э-э-э, что? О, да… да. Да, со мной все хорошо. Ты смогла что-нибудь выяснить?

Она поднимает коробок со спичками, на котором записан номер телефона.

— Что, кто-то попытался тебя склеить? – поддразниваю я.

— Да, такое происходит постоянно, – подыгрывает она с улыбкой. – Но это к делу не относится. Я раздобыла номер телефона Беатрис – теперь она живет в Понсе. Это в паре часов езды отсюда. Думаю, нам надо будет нанести ей визит завтра или послезавтра.

— Вот оно! – восклицаю я. – Это наша первая зацепка.

Исабель пристально смотрит на меня.

— Ты в порядке? Ты выглядишь немного… ну, не знаю, может, немного бледной?

Я начинаю отрицать это, но затем останавливаю себя.

— Да, знаешь, мне тут не совсем комфортно. Ты не против, если мы пойдем отсюда?

— Нет, не возражаю, – отвечает она, и я благодарна за то, что она не задает никаких вопросов.

Я не могу объяснить, почему мне некомфортно находиться здесь, разве что дело в том, что этот бар кажется мне чем-то вроде пуэрто-риканской мини-версии отеля «Оверлук» в «Сиянии» Стивена Кинга.

Здесь слишком много призраков – и среди них нет ни одного, который был бы настроен дружелюбно.

Наши дни

Когда Гэбби достает свой телефон, чтобы сделать снимок, единственное, что она может видеть, – это мурал, написанный аэрозольными красками: Мона Лиза, завернувшаяся во флаг Пуэрто-Рико. Но сама я вижу другое – стоящих немного поодаль и не попадающих в кадр двух парней, занятых уличной сделкой. Они еще не заметили, что Гэбби снимает их, но если она продолжит заниматься этим, то наверняка спохватятся.

— Пошли, Гэбби… – уговариваю ее сдвинуться с места и идти дальше.

— Подожди – дай сделать еще пару снимков. Боже мой, как это феерично! Я могла бы написать целую статью по поводу одного только здешнего стрит-арта… – бормочет она взволнованно – и находясь в полном неведении.

— Да-да, это здорово, – соглашаюсь я и продолжаю, уже немного настойчивее: – Но я говорю серьезно – ты должна это прекратить. Прямо сейчас. Если парни вон там решат, что ты из службы по борьбе с наркотиками, мы окажемся в полной жопе.

К счастью, этого ей оказывается достаточно. Гэбби тут же прекращает снимать и, бросив телефон в сумку, делает вид, будто ее очень заинтересовало что-то, находящееся в противоположной стороне. Это выглядит почти комично, и если бы я сейчас рисовала ее, то изобразила бы над головой комикс-облачко с мыслями:

Сделка по продаже наркотиков? Какая такая сделка? Я не видела, чтобы кто-то кому-то продавал наркотики…

Когда мы благополучно покидаем «опасную зону», я немного расслабляюсь и смягчаю тон:

— Послушай, извини, я не хотела тебя пугать. На мой взгляд, это замечательно, что ты ценишь стрит-арт. Тебе просто надо быть осторожной, чтобы случайно не заснять чью-нибудь, ну, ты меня понимаешь, – сделку.