Книга Заброшка, страница 192 – Эра Думер

Не помня себя, крикнула:

— Я медик! Пустите!

Чернобог телепатически убедил Спурия приказать отогнать ликторов от нас – и это сработало. Поскользнувшись, я удержалась за угол стола и метнулась к Яну.

— Развяжи его, – бросила я Чернобогу.

Кощей сделал, как я сказала. Я уже поняла, что произошло, но отказывалась верить в то, как беспощадно быстро помчались события. Ян напрягся всем телом – так, что изогнулся в спине, его руки и ноги подергивались, а кожа посинела. Я развела пальцами губы и увидела, что зубы стиснуты. Но хуже того было то, что секунды три он смотрел мне в глаза, пытаясь что-то произнести, но выходила очередь короткого мычания.

«…погружение в царство бесконечности пространства. Антидеуса «ломает», тело отвергает пораженную душу…»

— Чш-ш, все будет хорошо, – повторила ему свою ложь. Я убедилась, что неестественно откинутая голова покоится на мягком валике и погладила Яна по спутанным волосам. – Я тебя люблю и скоро выйду за тебя замуж.

Взгляд Чернобога заметался, он влил еще немного энергии в символ ментальных воздействий и передал команду Спурию. Командир через силу повелел легионерам и ликторам выдвигаться на оборону Яникула. Один только Марий попытался воспротивиться, но Кощей пригрозил ему кинжалом, что оказало влияние на упертого старика.

В кабинете остались мы трое. Я пыталась хоть как-то облегчить страдания Яна, но его состояние ухудшалось. Меня раздирало в клочья от боли – и я переставала быть героиней, поцелованной Фортуной. Я теряла Яна, теряла наше будущее, и эта потеря ощущалась как россыпь углей в ладонях: держалась за его жизнь до волдырей, до нарывов, до терминальных ожогов, но терпела, хотя знала, что вот-вот не выдержу и просыплю, опущу руки.

Галлюцинации бога были аурой, как перед эпилептическим припадком.

— Не покидай меня, – прошептала я в ответ на зацикленное мычание. – Останься со мной.

Ян дернулся, и у него закатились глаза, затряслись веки, а на губах образовалась белая пена. У меня перехватило дыхание, в глазные яблоки вонзились иголки. Косноязычно попросила Чернобога перевернуть Яна на бок, чтобы он не захлебнулся.

— Это начало конца, – сказал Чернобог. – Мужайся.

— Я не сдамся, – процедила я и сдержалась, чтобы не заплакать. – Мир вверх дном переверну, но отберу у Фурины то, что по праву принадлежит Яну.

В кабинет вошли. Не глядя, я раздраженно произнесла:

— Я не отойду от него ни на шаг. Даже не смейте.

— Ой, сорри, ребят, вы заняты? – это была Ди. Я обернулась на нее. – Я ненадолго. Сейчас упадете. – Догу хихикнула, почесав щеку пальцем. Моментально с ее лица слетела глуповатая улыбка, и она озвучила наш приговор: – Эйн-Соф уже здесь.

Глава XV. Заброшенный дом

Фурина преодолела расстояние от дворца до убежища, где покоилась Инанна, в пару открытых дверей. Богиня фурией бросилась к ложу сестры и, волнуясь, взяла ее за руку, к которой вели черви проводов. Она поцеловала Инанну в лоб и прошептала:

— Я предала друга ради тебя. Все сделаю ради тебя, сестра. Только выживи, молю. – Фурина сплела их руки и сжала между ними колючий драгоценный цветок. Она прикрыла веки и прошептала: – Осуществи нашу мечту. Верни Инанну в наш мир, выведи из Нирваны. Верни ее душу в тело.

Богиня визуализировала возвращение сестры и принялась ждать. Не выдержав, подглядела – их ладони охватило мягкое золотое сияние, и кожу слегка покалывало, будто от статического тока. Фурина ни на миг не прерывала молитву, и свет разрастался до тех пор, пока не опустился на обеих девушек и не заполнил все пространство.