Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 334 – Мэн Сиши

Обычный человек наверняка не устоял бы перед соблазном узнать будущее, но от Ци Фэнгэ Шэнь Цяо и не ожидал иного ответа, ведь тот всегда отличался исключительной широтой мысли.

— Нам неведомо, сколько продлится сие чудо, – заметил Ци Фэнгэ, – и, раз уж учителю выпала редкая возможность свидеться со взрослым учеником, разве можно терять время здесь? Сегодня как раз первое полнолуние года, Праздник фонарей, и все твои соученики спустились с горы повеселиться в городе. Не хочешь ли и ты прогуляться?

— С превеликим удовольствием, – обрадовался Шэнь Цяо.

Учитель и ученик друг за дружкой спустились вниз. Ци Фэнгэ ступал так легко и скоро, что казалось, будто это бессмертный небожитель несется прямо по воздуху. Шэнь Цяо же обнаружил, что в этом странном сне не только все вокруг ощущалось настоящим, но и боевые искусства ему не изменили. Иными словами, сон этот вовсе не походил на сон.

Ци Фэнгэ остановился, и в тот же миг рядом с ним остановился Шэнь Цяо. При виде воспитанника Ци Фэнгэ с радостью воскликнул:

— Ученик превзошел учителя! Есть кому сохранить наследие Сюаньду!

— Вы перехваливаете меня, учитель, – улыбнулся Шэнь Цяо. – Мне еще далеко до высот вашего мастерства в ваши лучшие годы. А вот Янь Уши…

Он вдруг понял, что после этого имени не может произнести больше ни слова – любые попытки упомянуть грядущие события, казалось, пресекались некой таинственной незримой силой.

Но Ци Фэнгэ не заметил ничего странного:

— Янь Уши? Похоже, за двадцать лет он сумел добиться больших успехов и вышел на новую ступень постижения боевых искусств!

Шэнь Цяо, не имея возможности рассказать больше, ограничился лишь кивком. Ци Фэнгэ, в свою очередь, не стал выпытывать подробности. Глядя на шумные улицы, где царила веселая суматоха, он с улыбкой спросил:

— Наверняка спустя двадцать лет городок Сюаньду станет еще оживленнее?

Всюду – и вокруг, и над головой – мелькали разноцветные фонарики, то и дело раздавался детский смех. Люди с воодушевлением отмечали первое полнолуние наступившего года.

— Думаю, он почти не изменился, – ответил Шэнь Цяо.

К тому времени даос уже совсем успокоился. Он не печалился, что не может поведать о будущем – одно то, что ему выпала удивительная возможность провести праздничную ночь с учителем, стало для него приятным потрясением и величайшим подарком.

Ци Фэнгэ привел Шэнь Цяо к павильону, где загадывали загадки, дабы поучаствовать во всеобщих развлечениях. Отгадав одну загадку, он получил в награду фонарик в виде кролика и тут же отдал его Шэнь Цяо.

— Когда ты спускался с горы год назад, тебе как раз приглянулся такой фонарик, – полушутя напомнил ему Ци Фэнгэ. – Но этот же фонарик понравился Юаньчуню, так что тебе пришлось уступить. В этом году ты спустился один, зато и фонарик достался тебе.

Шэнь Цяо давным-давно позабыл, что происходило, когда ему было шесть лет, но сердечная забота учителя глубоко тронула его, на душе потеплело, и теперь он не мог отвести глаз от фонарика.

Брюшко кролика светилось мягким светом, согревая руки жаром свечи.

Двадцать лет назад – живой человек, двадцать лет спустя – холодный могильный камень.

Глаза Шэнь Цяо увлажнились, но, опасаясь, как бы учитель не счел его слабым, он поспешно сморгнул слезы и улыбнулся:

— Спасибо, учитель.