Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 327 – Мэн Сиши

Как человеку отведен жизненный срок, так и династии не вечны. В день основания династии Суй никто не скажет наверняка, сколько ей суждено править: сто лет или пятьдесят, однако каждый новый государь накапливает заслуги и прегрешения, что склоняют чашу весов в разные стороны, и тогда меняется предопределенная династии участь: упадок может смениться процветанием, а процветание – упадком.

«Надолго ли хватит династии Суй наследия Ян Цзяня?» – невольно задался вопросом Шэнь Цяо. Сперва он считал, что наконец-то отыскал того, кто достоин зваться просвещенным государем, и помог ему взойти на трон, но возможно, то было только начало.

Тень печали накрыла сердце Шэнь Цяо, но быстро развеялась. За приливом всегда следует отлив, набежавшие тучи рано или поздно рассеются, а распустившиеся цветы увянут – таков мир испокон веку, и лишь тот, кто спокойно принимает все превратности судьбы, остается непобедимым.

— О чем задумался? – спросил Янь Уши.

Шэнь Цяо улыбнулся:

— Хочу отправиться через пару дней на юг: говорят, там, на самом краю земли, высятся удивительные утесы, плещется безбрежное море, и могучие волны набегают на берег. Должно быть, там невероятно красиво.

Янь Уши приподнял брови:

— Монах Шэнь, вы отправитесь в одиночку?

— Не знаю, согласится ли глава Янь сопровождать сего ничтожного даоса?

— Сей почтеннейший подумает.

На губах Шэнь Цяо сама собой появилась легкая улыбка.

Перед ним расстилалось высокое небо, неспешно проплывали облака, все вокруг дышало жизнью и силой, и Поднебесная, сколько хватало глаз, раскинулась внизу во всей красе.

То было начало новой династии и начало новой эпохи. Быть может, не всегда спокойной, но оттого лишь более славной.

Ши У замер у дверей в нерешительности, раздумывая, постучать или нет.

Обыкновенно к этому времени учитель уже давно был на ногах и либо обучал их искусству меча, либо следил за тем, как они упражняются в написании иероглифов. Даже когда недавно к ним приезжал глава Янь, занятия не прерывались. А сейчас учитель до сих пор не вышел из комнаты, несмотря на поздний час: никогда прежде не бывало ничего подобного!

— Учитель, вы проснулись? – позвал Ши У. Он уже довольно долго простоял на пороге, но до сих пор не услышал изнутри ни шороха и оттого начал тревожиться.

Послышался глухой стук, словно кто-то упал.

Отбросив всякие колебания, Ши У решительно отворил дверь и поспешно вошел в комнату.

— Учитель, с вами все в порядке?..

Но, обойдя ширму и увидев, что творится в спальне, Ши У остолбенел, мигом позабыв все свое беспокойство.

Учителя в постели не было. Зато под кроватью, погребенный под горой одежды, барахтался… ребенок?..

— Ты кто?! – вскрикнул Ши У.

Малыш, в одной тонкой рубашке и легких штанишках, по-видимому, пытался облачиться в платье взрослого, но потерпел неудачу.

Появление Ши У явно напугало его: он во все глаза уставился на вошедшего, что есть сил стараясь казаться спокойным и невозмутимым, но дрожь в звонком детском голоске выдавала его волнение:

— Меня зовут Шэнь Цяо. Позвольте узнать, кто вы, господин? И где я?

Что?! Шэнь Цяо?! Да что здесь происходит?

Ши У глядел на ребенка в полном замешательстве, тот смотрел на него с не меньшим недоумением, неподвижно застыв в платье не по размеру.