Книга Несравненный. Том 1, страница 187 – Мэн Сиши

А второй господин тем временем продолжил проникновенно наставлять:

— Не думай, будто мужчине не следует ухаживать за собой. Небо даровало сему почтеннейшему несравненную красоту, что потрясает и землю, и Небеса, а потому разве я не разгневаю их, пренебрегая сим даром, покуда не стану следить за своим обликом? Тебе, конечно, до меня далеко, но ты и сам весьма хорош собой. Вот только из-за постоянных болезней стареешь быстрее прочих и если не начнешь как следует заботиться о себе, то, боюсь, через пару лет…

Не договорив, Фэн Сяо расхохотался. Цуй Буцюй хоть и знал, что ничего хорошего он сказать не намеревался, но все равно не выдержал и уточнил:

— Что через пару лет?

— Я и впрямь смогу называть тебя отцом, – кое-как выговорил сквозь смех Фэн Сяо.

Вестник уставился на блюдо с фруктами, представляя, как нахлобучит его прямо на голову своему спутнику. Он боялся, что еще чуть-чуть – и самообладание окончательно покинет его. От опасного соблазна воплотить замысел в жизнь его спас чей-то голос:

— Уважаемый господин, мое имя Чэнь Цзи. Позвольте узнать, как зовут вас и вашу супругу?

Цуй Буцюй поднял голову.

Молодой человек сидел рядом с Фэн Сяо, и вопрос его предназначался скорее не Цуй Буцюю, а его «прекрасной соседке». А к ее «мужу» он явно обратился постольку-поскольку.

Все это время на губах второго господина играла препротивнейшая ухмылка, так и умолявшая задать наглецу трепку, но едва раздался голос молодого человека, как выражение лица его мигом переменилось.

— Цзи? Какое «цзи»? – робко улыбнулась «жена племянника правителя Куча», словно засмущавшись, и как бы невзначай лукаво взглянула на юношу глазами феникса. Цуй Буцюя таким было не пронять, зато на ничего не подозревавшего юношу его уловки подействовали прекрасно – Чэнь Цзи явно заинтересовался, а во взгляде его промелькнула искра:

— Сверху «дождь», снизу «предел». То «цзи», что можно описать фразой «дождь прошел, и небо прояснилось».

Чэнь Цзи.

Сопоставив имя и приметы юноши, Цуй Буцюй вскоре отыскал в памяти и его происхождение.

Перед ними был младший глава Рощи Небожителей из Гуаньчжуна. В отличие от Сюаньду или Тяньтай, Роща Небожителей в число ведущих школ боевых искусств не входила, но в цзянху все-таки была на слуху. Сам Чэнь Цзи считался бойцом весьма заурядным, нрава был своевольного и распущенного, чем несколько напоминал Линь Юна из горной усадьбы Яньдан – избалованный отпрыск богатой семьи. Быть может, все дети зажиточных родителей, коим с самого детства во всем потакают, оберегая от любых невзгод и трудностей, похожи друг на друга.

Пусть как боец он сам и не добился особых успехов, зато отец его возглавлял Рощу Небожителей, и потому, наверняка в знак уважения к семейству, Чэнь Цзи и посадили рядом с племянником правителя Куча.

Цуй Буцюй снова присмотрелся в глубь зала: хозяева уже заняли свои места, гости тоже все собрались. Дуань Циху и Гао И разместились по обе стороны от Син Мао, во главе стола рядом с ним сидела пожилая женщина, по всей видимости, виновница торжества.

Все это время Вестник не оставлял попыток придумать, как бы подобраться к ним поближе, и теперь при виде Чэнь Цзи его вдруг осенило.

Фэн Сяо, словно угадав его замысел, с едва заметной усмешкой подтолкнул к нему блюдо с фруктами. Чувствовалось, что ему прямо-таки не терпится полюбоваться очередным представлением.