Онлайн книга «Недосказанное слово»
|
Судебный следователь Черенков замолк, глядя, какое впечатление на дворника произвел его рассказ. Увиденным остался доволен: Ерофей сидел белый как мел, по лбу и вискам тек пот, и едва заметно тряслась нижняя губа. «Все, — пронеслась мысль в голове Вениамина Пантелеймоновича, — еще немного, и он признается у меня во всем… Даже в убийстве Министра внутренних дел Российской империи Дмитрия Сергеевича Сипягина». — Что делаешь ты, услышав про пожар? Как истинный поборник справедливости и исполнения долга, ты бросаешься спасать добро Свирской. По черной лестнице поднимаешься на второй этаж, выламываешь доску в двери, суешь в проем руку и открываешь изнутри дверь, несколько минут назад тобою же и запертую. Врываешься в квартиру Свирской, а там огонь, дым, вещи повсюду разбросаны, а около дивана тело тяжело раненной тобою девушки Матрены… Еще пара минут, и поднимается суматоха: люди снуют туда-сюда, кто-то тушит пожар, а ты стоишь в сторонке и наблюдаешь, что будет дальше. Тебе интересно, чем это все закончится, — от этого будет зависеть, как тебе поступать дальше. Что ж… Для дворника ты вполне все правильно продумал и исполнил. Правда, не повезло тебе дважды. Первый раз, когда не удалось украсть шкатулку с драгоценностями и деньги госпожи Свирской — она вернулась домой раньше, нежели ты рассчитывал. Ну, а второй раз тебе не повезло потому, что этим делом занялся я… Судебный следователь Черенков победоносно вскинул голову и свысока посмотрел на дворника: — Ну что скажешь? — Да что-нибудь сыкажу, каспадин, — начал дворник Ерофей, и в глазах его засветился решительный огонек. — Никого я не убивал и дом не поджигал. И подумать бы о таком не мог. Сы гостями я сидел. Пылов кушал, кыстыбый кушал. Долго сидели, много кушали. Потом где-то в половине десятого, может, чуть позже, стали прощаться. Когда выходили из мой каморки, увидели барыню: она дергала звонок, но ей никто не открывал. Я попрощался с Карсланом и его женой, с Асланом попрощался: пожелали друг другу мира и благословения Аллаха и разошлись. Они пошли домой, а я подошел к барыне: чиво, мол, не открывают вам? Она мне говорит, что Мотя, горничная иеная, куда-то запрыпастилась. И я предложил поискать ие… — Ага, рассказывай мне сказки. — Саркастическая усмешка растянула тонкие губы судебного следователя Черенкова. — Сейчас сочинил или загодя приготовил? — Какие такие сказки? — Ерофей явно осмелел и смотрел теперь на судебного следователя с чуть заметным превосходством. — У миня тырое свидетелей, а ище жена… — Да чего они видели… — с появившимся холодком внутри и пониманием, что его великолепная версия летит в тартарары, промолвил Вениамин Пантелеймонович и с ненавистью посмотрел в глаза дворнику. Тот не отвел взгляда, и посмотреть вбок первым пришлось Черенкову. И смотрит еще как-то по-злодейски… А ведь так хорошо все складывалось! И приспичило этому дворнику провожать своих гостей как раз в то время, когда госпожа Свирская названивала к себе на второй этаж! Ел бы и дальше свой плов и кыстыбый вкушал… Конечно, надлежит еще допросить этих гостей, но что-то подсказывало судебному следователю Черенкову, что дворник Ерофей не врет и его вчерашние гости охотно подтвердят его алиби. Вот тебе и скорейшее раскрытие дела… И возможное повышение чина летит в тартарары! А также благосклонность действительного статского советника Алексея Александровича Репейникова… |