Книга Развод с драконом. Невеста без права на крылья, страница 41 – Виолетта Весна

Серебряная линия светилась под тканью.

— Они всегда так говорят, — произнесла она.

— Что женщина потеряет только то, что ей не нужно.

Дамиан смотрел на Мирену.

— Кто сказал?

Она молчала.

— Имя, леди Острейл.

Мирена подняла подбородок.

— Лорд Вирен Салкрофт.

В этот момент родовая лампа над столом вспыхнула синим.

Пламя дернулось, вытянулось, будто на него подули изнутри. Где-то в глубине резиденции раздался глухой удар. Пол под ногами едва заметно дрогнул.

Дамиан схватился за край стола.

Не сильно, но Арина увидела.

Серебряная нить у его ключицы проступила сквозь ворот рубашки.

Магистр Олден побледнел.

— Второй откат.

— Проверка, — сказал Дамиан сквозь зубы.

— Сейчас.

Арина взяла скрытые приложения и сложила их в папку.

— Копии?

— Две готовы, — сказал Тарвик.

— Третью закончу по пути, если никто не будет трясти карету, дом и основы правопорядка.

— Оригиналы остаются здесь, — сказала Арина.

Дамиан кивнул.

— Под замком.

— Нет, — возразил Тарвик.

— Теперь под двумя замками и одной архивной описью. Я не доверяю родовым сейфам, которые восемь лет отлично хранили преступление.

Дамиан не спорил.

Мирена стояла у двери, будто не знала, имеет ли право уйти.

Арина подошла к ней.

— Если вы солгали не обо всем, леди Острейл, сейчас самое время решить, кем вы хотите быть: следующей клеткой Совета или той, кто поможет ее открыть.

Мирена посмотрела на нее с усталой злостью.

— Вы мне угрожаете?

— Нет. Даю то, чего нам обеим не дали.

— Что?

— Выбор.

Мирена ничего не ответила.

За стеной снова ударило.

На этот раз сильнее.

Дамиан согнулся на вдохе, но удержался на ногах. Его тень на стене распахнулась черным рваным пятном, и в ней на миг проступили огромные крылья, сжатые серебряными цепями.

Арина почувствовала, как кровь в руке потянулась к этому боли.

Не покорно.

Не как вещь, созданная служить.

А как сила, которая сама решит, что отражать, что удерживать и что возвращать.

Она прижала папку с документами к груди и посмотрела на Дамиана.

— Теперь я знаю, что искала.

Он поднял на нее темные глаза.

— Что?

— Причину, по которой меня сделали пустой.

Серебряная линия на ее руке вспыхнула под повязкой так ярко, что ткань засияла.

Арина сказала тихо, но в хранилище услышали все:

— Потому что женщину, которая знает цену своей крови, невозможно использовать бесплатно.

В доме Ровенхольдов нашлась комната, где можно было переодеть женщину так, чтобы она стала почти невидимой.

Не гардеробная Мирены, полная белого шелка, светлых лент и платьев, созданных для того, чтобы каждый взгляд признавал будущую невесту. Не прежняя спальня Арины в восточной галерее, где темные платья висели слишком аккуратно, будто их хозяйка заранее знала: однажды придется собирать жизнь за час. И не гостевые покои, где Ливия успела поставить фарфоровую птицу с отколотым крылом, упрямо превращая временное место в человеческое.

Комната находилась рядом с прачечной, за узкой дверью без таблички. Здесь хранили одежду для служительниц обрядовых залов, запасные плащи, простые серые платья, перчатки без вышивки, плотные платки и накидки, которые могли принадлежать кому угодно. Именно такие вещи носили женщины, которых в Башне печатей не замечали: помощницы, сопровождающие, младшие писарши, вдовы, пришедшие отнести брачный обруч дочери, служанки из домов, где магические церемонии давно стали частью хозяйственного распорядка.