Книга Развод? С удовольствием, мой дракон, страница 56 – Виолетта Весна

— Хочу, — сказала она.

Руфа сразу подошла, всё ещё дрожа, но с поднятым подбородком.

Мирсана посмотрела на Ясну внимательно.

— Вы не произнесли третью.

— Заметила.

— Почему?

Ясна устало улыбнулась.

— Потому что, к несчастью, я не дура.

Мирсана хмыкнула.

— Это часто мешает личной жизни.

— Уже поняла.

Они вышли из нижних залов медленно. Руфа шла рядом, не задавая вопросов, и за это Ясна была ей благодарна сильнее, чем за чай, подсвечники и все спасённые платья вместе.

Наверху дворец встретил их холодным воздухом и тревожной тишиной. В коридорах пахло дымом. Слуги прятались за колоннами. Стража смотрела прямо перед собой с таким усердием, будто стены внезапно стали крайне интересными.

У дверей покоев Ясна остановилась.

— Руфа.

— Да, госпожа?

— Я ведь хотела развода.

— Да.

— И всё ещё хочу.

Руфа молчала.

Ясна посмотрела на неё.

— Ну?

— Вы ждёте, что я соглашусь или возражу?

— Я жду, что кто-нибудь скажет мне, что я не сошла с ума.

Руфа взяла её за руку.

Очень осторожно, не касаясь печати.

— Госпожа, вы хотите не развода. Вы хотите, чтобы вас больше никогда не держали без вашего согласия.

Ясна моргнула.

Раз.

Другой.

И отвернулась, потому что глаза вдруг защипало.

— Ты слишком умная для служанки.

— Я слишком умная для половины Совета, но пока вакансий нет.

Ясна рассмеялась.

И почти заплакала.

В эту ночь она не легла в императорской спальне.

Печать позволила.

Таргель не пришёл.

Тоже позволил.

И это стало самым громким его поступком.

Ясна сидела у окна до рассвета, перечитывая письма Сорны. В одном из них мать писала:

«Свобода — это не всегда уход. Иногда свобода — это остаться и больше не склонять голову. Но никто, даже любимый, не должен решать это за тебя».

Ясна провела пальцами по строкам.

— Любимый, — прошептала она. — Не спеши, мама.

За окном вдалеке ударил колокол.

Один раз.

Потом второй.

Потом весь дворец проснулся от тревожного звона.

Дверь распахнулась.

Руфа влетела без стука, запыхавшаяся и бледная.

— Госпожа!

Ясна вскочила.

— Что?

— Нэйр.

— Что он сделал?

Руфа сглотнула.

— Он не во дворце.

— Это мы уже знаем.

— Нет. Он в городе. У брачных палат. Там сегодня должны были заключить сорок союзов старых домов.

Сердце Ясны ухнуло вниз.

— Зачем ему брачные палаты?

Руфа протянула смятый лист.

На нём пеплом было написано:

«Если ты не назовёшь третью причину, Ясна, за тебя её назовут те, кого связали без любви».

Внизу расплывался знак разрыва.

И ещё одна строка:

«Приходи без дракона. Или каждый брак сегодня станет похоронами».

Ясна перечитала записку трижды.

Не потому, что с первого раза не поняла.

Наоборот.

Поняла слишком хорошо.

Нэйр больше не пытался бить по её боли напрямую. Он нашёл боль шире, глубже, страшнее. Не её одну. Чужую. Женщин, которых сегодня поведут под брачные печати ради земель, долгов, старых договоров и семейной гордости.

Сорок союзов старых домов.

Сорок клятв.

Сорок возможных цепей.

— Без дракона, — тихо сказала Ясна.

Руфа сжала руки.

— Вы же не пойдёте одна?

Ясна подняла взгляд.

— Пойду.

— Госпожа!

— Он ждёт, что я приведу Таргеля. Тогда Нэйр ударит по брачным печатям и обвинит императора. Если я не приду, он использует этих женщин.

— А если придёте, он использует вас!

— Вероятно.

— Это плохой план.