Книга Развод? С удовольствием, мой дракон, страница 59 – Виолетта Весна

— Это беззаконие!

— Императрица сошла с ума!

— Браки утверждены договорами!

— Молчать! — рявкнула Ясна.

И зал замолчал.

Даже Нэйр на миг прищурился.

Пепельная вязь вспыхнула у неё за спиной, будто крылья из серого света.

— Я не спрашиваю договоры. Я спрашиваю людей.

Первой поднялась девушка в жемчужной фате.

— Я не хочу.

Пепельная нить коснулась её брачного браслета.

— Ты говоришь сама? — спросила Ясна.

— Сама.

— Без принуждения?

— Без.

— Тогда свободна.

Браслет рассыпался пеплом.

Девушка заплакала.

Но уже иначе.

Потом поднялся юноша с пустым лицом.

— Я тоже не хочу. И она не хочет.

Его будущая жена, бледная и дрожащая, кивнула.

Два браслета рассыпались.

Потом ещё один голос.

И ещё.

И ещё.

Зал стал не местом свадьбы.

Судом над молчанием.

Ясна работала быстро, но не слепо. Каждую клятву она проверяла, каждое «нет» слушала до конца. Где любовь была настоящей, вязь не вмешивалась. Где был страх — развязывала. Где была ложь — рвала.

Нэйр смотрел.

Сначала с раздражением.

Потом с яростью.

— Ты портишь всё, — сказал он.

— Привыкай. Это моя новая брачная традиция.

— Ты должна была ненавидеть.

— Я ненавижу. Но не тех, кого ты выбрал.

Он ударил.

Серый дым хлынул из-под пола, обвил ноги нескольких невест, поднялся к их горлам. Печати молчания вспыхнули сразу на десятках шей.

Люди начали задыхаться.

Ясна бросилась к ним, но Нэйр оказался перед ней.

— Третья причина, — прошептал он. — Скажи, что Таргель никогда не любил тебя. И я отпущу их.

Ясна застыла.

Вот оно.

Не её боль.

Чужие жизни.

Гораздо лучшее оружие.

— Ты мерзавец, — сказала она.

— Нет. Я зеркало. Вы все такие, когда хотите власти. Я просто честнее.

Женщина у стены захрипела, царапая горло.

Ясна почувствовала каждую печать.

Все сразу.

Она не могла разорвать их без помощи. Слишком много. Слишком быстро. Слишком глубоко.

Ей нужен был огонь.

Ей нужен был Таргель.

А она пришла без дракона.

Сама.

Выбрала сама.

И теперь сама должна была выдержать цену выбора.

— Скажи, — Нэйр приблизился. — Он не любил тебя.

Ясна закрыла глаза.

Перед ней возникло лицо Таргеля.

Не императора.

Мужчины в полумраке спальни, который сказал: «Я не буду держать».

Мужчины, который сейчас, наверное, уже знает, что она ушла, и ломает себя об обещание не ломать её выбор.

— Нет, — сказала Ясна.

Нэйр поднял руку выше.

Печати на горлах затянулись.

Крики стали беззвучными.

И тогда медные двери зала расплавились.

Не взорвались.

Не сломались.

Расплавились чёрным огнём, который прошёл по металлу, как ночь по свечному воску.

В проёме стоял Таргель Ойрхан.

Без короны.

Без свиты.

С одной только яростью на лице и страхом в глазах.

За его плечом Варсо, Мирсана и Руфа.

Руфа выглядела виноватой и гордой одновременно.

— Простите, госпожа! — крикнула она. — Я выиграла вам сколько смогла!

Ясна почти рассмеялась.

Почти заплакала.

Таргель вошёл в зал.

Нэйр улыбнулся.

— Я просил без дракона.

Ясна подняла подбородок.

— А я не приносила. Он сам пришёл. Ужасная привычка свободных существ.

Таргель остановился рядом с ней.

Не впереди.

Рядом.

И это заметили все.

— Можно? — спросил он тихо.

В зале душили людей, Нэйр стоял у алтаря из сломанных браков, старые дома вопили от ужаса, а этот невозможный дракон всё равно спросил.

Ясна протянула ему руку.

— Нужно.