Книга Агентство неслыханной щедрости, страница 99 – Анна Ротш

Она подошла к Лили, взяла с полки баночку с белилами и крошечную кисточку для румян, которые ей однажды выдали для бала и которыми она никогда не пользовалась.

— В нашей глуши было мало полезного, поэтому если требовалось найти что-то стоящее – то за этим следовало идти на рынок. Да и стоимость любого цветка… десятилетний грим едва ли позволит себе монету. Поэтому многие обращались к моей матушке – она бралась за любую работу, да и брала за это постыдно мало. Поэтому она безоговорочно взялась за заказ мальчишки…

— Как его звали?

— Мёртвых не зовут и не вспоминают, — пожала Некрия плечами чересчур равнодушно. — Матушка оставила меня на неделю, а вернувшись с чертополохом и увидев меня с букетом… Лучше уж так.

Закончив, она отступила, чтобы оценить результат, и замерла: Лили смотрела сквозь неё, взгляд её был пустым и ужасно далёким. Она не видела комнаты, не слышала слов. Она была где-то в другом месте или… в другом времени.

— Вы… вы слишком бледны, — тихо сказала Некрия. — Я, к-кажется, переборщила с белилами. Нужно добавить…

Некрия отвернулась к столику за румянами, замешкалась, а повернувшись обратно к королеве… увидела лишь надломанную шпильку для волос на опустевшем стуле.

Получасом ранее

Рассвет ещё не наступил, но небо за балконом начало сереть — той бледной, предутренней синевой, которая хуже любой темноты. Лили продрогла до костей, пальцы онемели от холода, но она всё стояла, вцепившись в перила, пока мысли не начали путаться и оседать где-то на дне её сознания нерастворимым осадком.

Она вернулась в спальню, когда последние гости подали голос почти у выхода из дворца. Дверь на балкон бесшумно закрылась за её спиной. Она повернулась — и наткнулась на взгляд.

Маэль сидел всё там же на стуле у двери. Локоть на подлокотнике, голова склонена на сжатый кулак. Глаза открыты, смотрят прямо на неё. Без эмоций. Без движения. Без намёка на то, сколько часов он так просидел. Одеяло, которым она его укрыла, аккуратно сложено на краю кровати.

— Ты… ты не спишь? — выдохнула она первое, что пришло в голову.

— Как ты себя чувствуешь?

Его ровный и спокойный голос перебил её. Слишком спокойный

— Я… нормально.

— Голова не болит?

— Нет.

— Колени? Ты неудачно упала.

Она моргнула, пытаясь понять, откуда он знает. Она же упала там, внизу, у стены. Он не мог видеть.

— Всё… в порядке.

— Ушибов нет?

— Маэль, что это за допрос? — в её голосе прорезалась нервная нотка. — Я в порядке. Я просто…

— Хорошо, — перебил он снова. И вдруг, не меняя позы и не двигаясь с места, добавил: — Я не люблю быть должником.

Лили замерла.

— А с моей стороны, — продолжил он тем же ровным тоном, глядя на неё не моргая, — долгов накопилось сполна.

И его рука, — та, что не лежала на подлокотнике, медленно поднялась к вороту камзола. Пальцы коснулись первой пуговицы — пуговица отлетела с тихим щелчком, будто всё это время была натянута до предела и только ждала этого касания.

Взгляд Лили невольно скользнул вниз к его брюкам —к пряжке ремня, — и она почувствовала, как жар стал заливать грудь и медленно покрался к шее. Схватив с кровати одеяло, она вылетела обратно на балкон.

Лили прижалась лбом к холодному камню перил. Стук собственного сердца готов был в любую секунду проломить рёбра. Внутри — паника, а на лице — глупая, но искренняя улыбка, которая стала только шире после его спокойного окрика: