Книга Агентство неслыханной щедрости, страница 112 – Анна Ротш

Он покачал головой и усмехнулся.

— Ты вновь удивляешь меня, Некрия, — закончил он тихо. — Вновь.

Три часа ночи — или... уже утра? — Некрия не знала. Она бродила вдоль старой ограды, машинально водя пальцами по шершавой поверхности камня. Стена, издалека казавшаяся неприступной и грозной, вблизи оказалась обманчивой — древней и сыпучей. Чёрный камень крошился под пальцами, оставляя на коже почти пепельный след. Она растирала эту пыль по ладоням, подносила к лицу, вдыхала — и с губ срывался тихий, горький смешок.

Небо светлело. Она брела вдоль стены без цели, позволяя ногам нести себя куда угодно, пока взгляд не зацепился за странность — почти сквозную дыру в кладке на уровне её пояса. Некрия остановилась, подняла голову. Выше, метрах в двух, ещё одна выемка. И ещё. Словно кто-то нарочно выдолбил эти углубления, превратив неприступную стену в подобие лестницы.

Она оглянулась — никого. Тишина стояла такая, что, казалось, даже ветер затаил дыхание. И тогда, не отдавая себе отчёта в том, что делает, Некрия ухватилась за первый выступ и полезла вверх. Нога соскользнула раз — сердце ухнуло куда-то вниз, но пальцы вцепились в камень слишком отчаянно: удержалась. Второй шаг — уже уверенней. Третий — и вот она уже на самом верху.

Она не чувствовала страха. Совсем. Возможно, в этом-то и была вся проблема.

Некрия уселась на верхний край стены, свесила ноги в пустоту и только тогда позволила себе оглядеться. Впереди была пропасть — бесконечная. С такой высоты невозможно было понять, что там внизу: река, острые камни или просто смерть, поджидающая неосторожных.

Она убрала волосы с лица, отряхнула ладони и положила их по обе стороны от себя на грязный камень. Воздух здесь, наверху, был другим — чистым, холодным, почти стерильным. Она закрыла глаза и просто дышала. И улыбнулась. Сама не заметила, как.

Вечер с Унсином всплыл в памяти — его голос, его истории, его лёгкая, ни к чему не обязывающая болтовня. Как давно она не чувствовала себя так просто, так… свободно?

Улыбка дрогнула и исчезла. Голос. Другой. Низкий, напряжённый, въевшийся в подкорку.

Некрия.

Она зажмурилась сильнее. Нет. Пожалуйста. Не сейчас.

Некрия.

Громче. Отчётливей. Напористей. Он звучал в её голове так ясно, будто стоял рядом — с этими своими тёмными кругами под глазами, с вечно взъерошенными волосами, с руками, которые то сжимались в кулаки, то тянулись к ней, но замирали на полпути.

— Уходи, — прошептала она в пустоту. — Пожалуйста, уходи.

Но голос не унимался. Наоборот — становился громче, заполняя собой всё пространство внутри черепа.

— Пожалуйста! — выкрикнула она уже вслух, срываясь на прерывистое дыхание. — Исчезни! Ты мне… Убирайся из моей головы!

— Некрия.

Она вздрогнула так, что едва не сорвалась вниз. Резко обернулась — и замерла: Ноктифер стоял внизу, на том самом месте, где она карабкалась на стену. Стоял, задрав голову, и смотрел на неё снизу вверх. Ветер трепал его волосы, рвал полы камзола, делал его фигуру почти нереальной, сотканной из серого утра и тёмного камня.

— Что ты… что вы здесь делаете? — крикнула она, пытаясь перекрыть шум ветра.

— Утренняя… прогулка, — донеслось снизу.

Она быстро, почти судорожно, попыталась пригладить волосы — бесполезно, ветер тут же снова растрепал всё, что она успела уложить.