Книга Академия ядов, страница 74 – Елена Станиславская

Накидка. Как же она оказалась в той луже? Тьяна нахмурилась, поймав смутную догадку.

— Только скажи, – мягко заговорила мать Мару, – и я останусь с тобой. Не хочу смущать, но если нужна помощь…

— Я справлюсь. Благодарю.

Понимающе кивнув, Осслава изумрудной змейкой скользнула к выходу.

— Если спрошу, что случилось, – она замерла на пороге и обернулась, – могу рассчитывать на честность?

Тьяна, посмотрев ей в глаза, медленно покачала головой из стороны в сторону. Мать Мару заслуживала хотя бы такую правду. Осслава грустно улыбнулась и вздохнула, принимая ответ гостьи.

— Скорее снимай эти лохмотья и погружайся в воду. Живокамень для обработки ран ты найдешь на полке с шампунями.

Дверь беззвучно закрылась.

Тьяна немедля последовала совету Осславы. Ноги защипало, как только они опустились в ванну, но это была исцеляющая, почти приятная боль. Вода обхватила тело и прогрела его до костей. Мыло, покусав ссадины, оставило на коже тонкий аромат герани и ощущение свежести.

Робко окликнув из-за двери, в ванную вошла Яришка: сложила одежду на скамейку, поклонилась не глядя и убежала. Тьяна была рада, что ни Осслава, ни ее слуги не навязывали заботу. Выбравшись из воды, она растерлась полотенцем и осмотрела себя: кожа на коленях содрана, подошвы исцарапаны и исколоты. Взяв с полки живокамень, Тьяна быстро прижгла ранки. Она бы с удовольствием еще понежилась в теплой ванне, но куда больше ей хотелось поговорить с Мару. Дом Осславы велик, а значит, тут наверняка найдется укромное место для беседы.

Завязав халат, Тьяна распахнула дверь. Охнула и отпрянула.

За порогом, чуть не прижимаясь к створке, стоял Мару. Приложив палец к губам, он протянул стопку одежды, в которой Тьяна узнала свою форму. Туфли и сумки Медович тоже прихватил, а сам облачился в новый костюм, ботинки и шляпу. Судя по всему, он не собирался задерживаться в доме матери. Тьяна предпочла бы – разумеется, после разговора – подремать пару часов на пуховой перине, но молчаливое предложение Мару ее устроило. Она кивнула, взяла свои вещи и скрылась в ванной, чтобы переодеться.

От лестницы до входной двери было всего каких-то двадцать шагов, но Тьяне и Мару не удалось преодолеть их. Осслава опередила беглецов: выпорхнула из гостиной и встала, расставив руки. Рядом возникли Архар и другой слуга – широкий, как шкаф.

— Мама, – холодно сказал Мару, – нам с Тьяной пора.

— С моей стороны будет очень негостеприимно отпустить вас, не напоив чаем и не накормив булочками, – произнесла Осслава, не сдвинувшись с места. – А с вашей стороны будет очень неосмотрительно уйти, пока Венес, – она указала глазами вверх, – не выяснит, что случилось в городе и не угрожает ли вам опасность.

«Венес – тот слуга, который убежал на второй этаж, – догадалась Тьяна. – У Медовичей наверняка есть телефон. И уж точно у них достаточно связей, чтобы узнать про пожар. Раньше, чем из газет».

— Если ты забыла, мы студенты академии, – сказал Мару. – Утром нам нужно быть на занятиях.

— Первый паром отправляется в семь утра, а сейчас половина пятого. У вас есть время на булочку с чаем, а у Венеса на пару важных звонков. Либо, – Осслава выдержала паузу, – вы можете сами все рассказать.

— Твой «домашний арест» – просто фарс, – фыркнул Мару и, взяв Тьяну за руку, пошел вперед. – Мы уходим. Если хочешь, чтобы Егрон и Архар схватили нас, – самое время отдать им приказ. – Яд, вмерзший в лед, – так звучал его голос.