Книга Иномирная колючка его высочества, страница 154 – Юлия Зимина

— Ты хочешь мне что-то предложить? — прищурился он.

Я слегка прикусила нижнюю губу. Внутри всё сжалось от волнения. Собиралась залезть в святая святых — в вопросы высшего императорского правосудия. За такое своеволие можно было легко лишиться головы, но образ весело смеющегося, искреннего Дариана, гладящего мою призрачную пантеру, не давал мне покоя.

— Я буду с вами честна, — сделав глубокий вдох, собрала всю свою смелость в кулак. — Не хочу, чтобы Дариан страдал из-за поступков своей матери и деда. Если он узнает правду о том, что они пытались убить Ривиана и отравили прошлую Императрицу... его сердце будет разбито, Ваше Величество. Навсегда.

В кабинете повисла тишина, в которой, казалось, перестало хватать кислорода. Я боялась. Боялась, что Император придет в ярость, ведь я лезла туда, куда мне не следовало. Но время шло, а он все молчал. Молчал и смотрел на меня. И вдруг:

— Слушаю тебя, — ровно произнес Тиберий, не выражая эмоций.

— Я предлагаю наказать Императрицу и Первого советника тайно, — на одном выдохе выдала я.

— Тайно? — брови Императора поползли вверх.

— Именно, — я расправила плечи, чувствуя, что ступаю по острию ножа. — Официально можно объявить, что Ее Величество Октавия, устав от дворцовой суеты, отбыла в какой-нибудь закрытый монастырь для духовного очищения и молитв о благе Империи. А лорда Тинариона — сослать губернатором в самую отдаленную, богом забытую провинцию на краю света за... ну, скажем, выслугу лет и необходимость поднять там экономику, — замолчала на секунду, глядя Императору прямо в глаза. Сердце колотилось в груди, словно сумасшедшее. — А на деле... — я не стала договаривать. Тиберий был слишком умен, чтобы ему нужно было разжевывать финал этой схемы. Эшафот или яд — неважно. Главное, что их больше не будет. — Да, — тихо продолжила я. — Народ не узнает о случившемся, но правосудие свершится и погибшие будут отомщены. А Дариан... младший принц сохранит светлую память о матери с дедом и не сломается.

На лице Императора отразилась сложная гамма эмоций. Удивление, задумчивость, а затем — явное, нескрываемое одобрение. Он смотрел на меня так, словно я только что решила уравнение, над которым бились лучшие умы его Совета.

— Было бы идеально, если бы Императрица сама сообщила Дариану о своем решении «уехать», — меня несло все дальше, я уже начала обдумывать каждую необходимую мелочь. — Вот только ее внешний вид...

— Ее внешний вид можно временно вернуть к прежнему состоянию, — отмахнулся Император, переводя взгляд на окно. — Час она продержится.

— Но остается еще одна проблема, Ваше Величество, — я нахмурилась, вспоминая детали. — Арест лорда Тинариона видели министры. Слухи уже наверняка ползут по дворцу.

— И это тоже поправимо, — хмыкнул Император с усмешкой. — Я соберу Совет завтра утром и объявлю, что жесткий арест Первого советника был моей личной, театральной постановкой.

Я удивленно вскинула брови.

— Скажу им, что это секретная проверка на лояльность, чтобы выявить шпионов в рядах министров, — пояснил Тиберий, и его глаза хищно блеснули. — Они слишком трусливы, чтобы задавать лишние вопросы. Еще и прощения просить будут за то, что посмели усомниться в моем доверии к лорду Тинариону. А потом я торжественно объявлю о его почетной «ссылке» на юга. Они проглотят эту наживку и даже не подавятся.