Книга Иномирная колючка его высочества, страница 152 – Юлия Зимина

Я ожидал неизбежного столкновения двух полярных стихий в моем теле. Но... боли не было.

Я резко распахнул глаза, судорожно втягивая воздух. То, что происходило внутри меня, не поддавалось никакому логическому объяснению. Мой Свет... не стал атаковать. Он не сопротивлялся Тьме Кирии. Наоборот. Сияющая золотая энергия доверительно потянулась навстречу фиолетовому мраку, словно изголодавшийся зверь, нашедший свою пару.

Они переплелись. Свет и Тьма закружились в невероятном, гармоничном танце прямо под моей кожей. Я чувствовал, как эта объединенная сила, теплая, ласковая и бесконечно могущественная, устремляется вниз, к тазу, выискивая затаившуюся там отраву.

Часто дышал, шокированный этими ощущениями. Никаких судорог. Никакого выжигающего огня. Только тепло, которое растекалось по телу, снимая спазмы с мышц, расслабляя их. Тьма, направляемая моим Светом, действовала осторожно, вычищая из моего организма многолетнюю гниль.

Это было... приятно. Настолько приятно, что у меня по спине побежали мурашки.

Я смотрел на лицо Кирии. Ее брови были чуть сведены на переносице, губы приоткрыты. Она отдавала мне свою силу, заботилась обо мне.

Тепло, пульсирующее внизу живота, начало медленно, волнами подниматься вверх, укачивая мое сознание. Накопившаяся за последние сумасшедшие дни усталость, адреналиновые срывы — всё это внезапно обрушилось на меня тяжестью небес.

Тьма баюкала. Шептала мне, что всё хорошо, что я в безопасности, что моя колючка рядом и всё исправит.

Мои веки потяжелели. Я попытался сморгнуть наваждение, сфокусировать взгляд на сапфировых глазах девушки, но тепло оказалось сильнее. Мышцы окончательно расслабились. Я тяжело выдохнул, чувствуя, как голова безвольно опускается на грудь, и, не в силах больше сопротивляться, провалился в глубокий, спокойный сон прямо на стуле в кабинете отца.

65. Настоящий отец

Кира

Моя Тьма, которую веками клеймили как сущее зло, сейчас вела себя... неприлично. Я была сосредоточена до предела, готовясь к жесточайшей схватке внутри меридианов Ривиана, ожидая, что его Свет встретит мою магию с мечами наголо. Но вместо кровавой битвы двух стихий я с изумлением наблюдала самое настоящее магическое свидание.

Моя призрачная пантера не рвала чужеродную энергию когтями. Она буквально терлась о золотистое сияние принца, мурлыча так громко, что у меня вибрировали кончики пальцев. И Свет Ривиана... не оттолкнул ее. Не взбунтовался. Он распахнул свои объятия, принимая эти агрессивные «ухаживания» с доверием изголодавшегося по ласке зверя.

Они переплелись, закружившись в гармоничном танце. Это было настолько странно, настолько интимно, что у меня перехватило дыхание. Я чувствовала себя так, словно нашла часть собственной души. Ту самую половинку, о существовании которой даже не подозревала, но без которой картина мира была неполной.

Отодвинув в сторону неуместную сентиментальность, я направила потоки Тьмы вниз, отслеживая очаги поражения.

«Ну, Октавия, ну стерва, — мысленно присвистнула я, когда моя магия хищно набросилась на сгустки отравы, плотно сконцентрированные в области таза наследника. — Хотела не просто обанкротить филиал, а полностью ликвидировать производство. Как тонко и мерзко».

Процесс выжигания северных трав прошел на удивление легко. Свет Ривиана, словно заботливый ассистент, подсвечивал моей Тьме пораженные участки, позволяя вычищать многолетнюю гниль до последней капли.