Книга Иномирная колючка его высочества, страница 151 – Юлия Зимина

— Я так и понял, — хмыкнул отец, бросив на смущенную Кирию откровенно хитрый и многозначительный взгляд.

Я снова скрипнул зубами, возобновляя свои метания по кабинету. Эмоции бурлили, грозясь выплеснуться наружу неконтролируемым выбросом магии. Вспоминал момент, когда гвардейцы вытаскивали Октавию из комнаты после того, как она выпила сыворотку. Эта женщина, лишившись Света и осознав свою неминуемую гибель, начала приходить в себя. Она не стала вырываться, не стала рыдать или умолять о пощаде. Полоумная стерва откинула голову назад и хрипло, неадекватно рассмеялась.

— Эта отрава уже пропитала тебя насквозь! — каркала она, глядя на меня безумными, почерневшими глазами, пока стража тащила ее прочь. — Ее не вывести! Ты закончишь свой род на себе!

Эти слова въелись мне в мозг, отравляя сознание.

— Может... я смогу помочь?

Тихий голос Кирии заставил замереть. Она сделала несколько шагов от окна, останавливаясь в паре метров от меня.

Я посмотрел в ее глаза. И снова в голове вспыхнул издевательский смех Октавии. А вдруг и правда не вывести? Вдруг я навсегда... останусь без наследников?

— Давай я всё же попробую, — мягко, но настойчиво произнесла моя колючка, безошибочно читая в моем взгляде терзающие меня сомнения.

— Я вот тоже не пойму, чего ты так переполошился, — фыркнул со своего места Император. — Твоя будущая супруга смогла уничтожить неуничтожимый яд, от которого нет спасения. А тут... пф! Какие-то северные травки.

Я перевел взгляд на отца. Ему нужно было отдать должное. Этот человек был выкован из стали. Он смог невероятно быстро усмирить свой гнев после всего того, что мы сегодня узнали. И пусть в его душе на всю оставшуюся жизнь будет кровоточить страшная рана от предательства женщины, делившей с ним ложе и убившей его любовь, он больше никогда не покажет этой слабости. Я знал это.

— Присядь, — шепнула Кирия, подходя ко мне почти вплотную.

Я глубоко вздохнул, усмиряя панику, подтянул тяжелый стул с высокой спинкой и послушно опустился на него. Не сводил глаз со своей дикарки. Она остановилась между моих разведенных колен.

— Только... — Кирия слегка поморщилась, закусив нижнюю губу, — скорее всего, тебе будет больно.

— Он потерпит, — безапелляционно донеслось со стороны императорского стола. Отец важно кивнул, подтверждая свои слова.

Я лишь усмехнулся краешком губ.

«Больно или нет, но я действительно потерплю! Всё ради наших с Кирией котят!»

— Начинай, — хрипло выдохнул я, откидываясь на спинку стула и кладя руки на подлокотники.

Кирия кивнула. Она закрыла глаза, ее лицо стало отрешенным, сосредоточенным. Ладони медленно легли на мою грудь.

Воздух в кабинете неуловимо изменился. Запахло приближающейся грозой. Я затаил дыхание. С кончиков девичьих пальцев сорвался густой, переливающийся фиолетовыми искрами мрак. Тьма с тихим гудением потекла по моему камзолу, просачиваясь сквозь плотную ткань рубашки прямо к коже.

Я напряг все мышцы, готовясь к агонии, к разрывающей вены боли, к крику, который придется сдерживать стиснутыми зубами. Сердце глухо стучало в груди, отсчитывая мгновения.

Тьма проникла внутрь. Я физически ощутил, как эти прохладные, плотные жгуты чужеродной магии касаются моих меридианов. Мой собственный Свет, могущественный и агрессивный, мгновенно вспыхнул, реагируя на вторжение.