Книга Шпионская леска, страница 76 – Лен Дейтон

— Так все и было, — вздохнула Фиона, покусывая губу. Она всегда немного недолюбливала Вернера, по крайней мере, считала его не очень умным малым. Испытывала ли она сейчас угрызения совести? Фиона проговорила: — Только когда было заведено Оранжевое досье на Трента, вину переложили на него.

— Но ведь Трента убили.

Фиона ответила сразу же:

— Да, его убил твой дружок Рольф Маузер. Из пистолета, который одолжил ему ты. Ты никак не можешь обвинить отдел в гибели Трента.

— Да, но его гибель оказалась как нельзя более кстати: Трент унес свою тайну в могилу, а вся тайна состояла в том, что он не выдавал русским той информации.

Фиона промолчала.

— Скажи, тебя начали готовить уже в Оксфорде?

— Ты имеешь в виду мои связи с отделом? Да, они начались еще со студенческой скамьи.

Выходит, Фиону завербовали еще в те далекие годы. Значит, она принимала участие в работе студенческих марксистских кружков по заданию отдела. Она, наверное, и за меня пошла по их заданию! Чтобы скрыть предыдущую работу на них. Выходит, уже тогда она имела регулярные контакты с КГБ. Значит, уже тогда она готовилась «перейти» к русским. О Боже, какой же я дурак! На протяжении стольких лет я так ничего и не понял. Сдерживая порыв гнева, я спросил:

— Кто еще знал об этом?

— Я не могу тебе все рассказать, дорогой.

— А все-таки?

— Больше никто. Ни координатор, ни финансовое управление, ни служба внутренней безопасности, ни даже заместитель.

— Но ведь генеральный-то знал!

— Никто из тогдашних сотрудников отдела не знал о наших планах. Таковы были условия, поставленные генеральным. Никто!

— Ты превратила мою жизнь в сплошной ад!

— А я думала, ты будешь мною гордиться.

— Я и горжусь. Конечно, горжусь. Но пора с этим кончать. Поедем сейчас в Вену. У тебя — удостоверение КГБ, у меня — документы в полном порядке. Нас обязательно пропустят. Сегодня же вечером мы сможем вылететь в Лондон.

— Не уверена, что все так просто, Бернард. На пропускных пунктах поставлены компьютеры.

Поверь мне на слово, уж я-то знаю всю эту кухню.

Я понял, спорить с Фионой бесполезно.

Много раз я говорил ей, что последнее решение всегда должно оставаться за самим разведчиком. В своей работе я всегда старался поступать именно так. И вот сейчас моя жена продемонстрировала мне, что она — самый гениальный разведчик всех времен и народов. Она проникла в высшие эшелоны разведывательных ведомств восточного блока и заморочила всем голову. Я не имел морального права вступать с ней в спор.

— Мне еще предстоит убедиться, что компьютер пропустит меня на границе, — сказала Фиона. — Лондон обещал как-то помочь с документами.

— Да, они большие мастера по части документов, — заметил я. Интересно, документы Фионы тоже будет делать Штайгер и его приятели — крупнейшие мастера в области подделки марок и конвертов?

— Это уж точно.

— А что Эрих Штиннес? — спросил я.

У меня сложилось вполне определенное мнение о Штиннесе: подлец, двурушник, давний агент КГБ. Он говорил нам, что хочет перейти на нашу сторону, но ему так и не поверили, сочли врагом и попросту посадили в каталажку. Потом его обменяли на кого-то из наших… Так он и возвратился на Восток…

— Штиннеса держат в стороне. Так, по крайней мере, было запланировано. — Фиона сделала паузу и перевела разговор на другую тему. — Знаешь, когда я почувствовала настоящее облегчение? Когда был убит этот негодяй Москвин. Он обо всем догадывался.