Книга Запретная алхимия, страница 120 – Стейси Макьюэн

Мы медленно шли по улице, а Исайя весело носился впереди, упоенно изучая городские запахи. К своему удивлению, я заметила, что мы с Патриком очень быстро подстроились под шаг друг друга. Он предложил мне руку, и я, поколебавшись секунду, приняла ее. Под тонкой тканью его рукава перекатывались тугие мышцы.

От Патрика веяло жаром. Заходящее солнце окрашивало его кожу в теплые, золотистые тона, делая черты менее резкими.

— Четыре недели, – сказал он, обращаясь скорее к собаке, чем ко мне. – Четыре гребаные недели, Исайя.

Пес, увлеченный погоней за каким-то невидимым зверем, даже ухом не повел. Мне не нужно было спрашивать, о чем речь. Я знала, что нас ждет через месяц. Я со вздохом сковырнула с блузки подсохший комок глины.

— То, что ты сделала сегодня в шахте… – Он прищурился, пытаясь разглядеть выражение моего лица против света. – Это было нечто. Я никогда не видел ничего подобного. Как ты себя чувствуешь?

Вопрос застал меня врасплох. Я попыталась прислушаться к собственным ощущениям.

— Как будто внутри меня натянулись и разом лопнули тысячи невидимых струн, – призналась я и, вопреки всему, улыбнулась.

Впервые за долгие годы я думала о своей силе без тени страха или стыда. Патрик знал, кто я на самом деле. Знал мою кровь, мое прошлое. Ему не нужно было лгать.

— Просто с тех пор, как я действовала с таким размахом, прошло много времени. Мне явно не хватает практики.

Патрик низко восхищенно присвистнул и покачал головой.

— Что ж, раз так, да храни нас Господь.

От его слов по телу разлилось странное тепло.

— Ну, а что насчет этого собрания? У меня еще есть шанс переманить тебя на нашу сторону? – спросил он, чуть сбавив шаг.

— Я полагала, выбора у меня нет.

— Посмотри мне в глаза и скажи, что не дашь деру при первой же возможности.

В ответ я лишь вызывающе ухмыльнулась. Он зеркально повторил мою ухмылку и цокнул языком.

— Оставить тебя в гостинице, когда весь город будет на площади, – затея паршивая. Ты станешь слишком заметной мишенью для любого, кто захочет выслужиться.

Я снова закатила глаза.

— Неужели в этом городе кто-то осмелится чихнуть без твоего ведома?

— Лишняя осторожность еще никому не вредила, – проворчал он. – Так что тебе лучше быть там. Пусть Тедди тебя приведет.

— Тео.

— Да какая разница.

У меня возникло нехорошее предчувствие.

— И с чего вдруг такая щедрость? Почему ты позволяешь мне прийти на собрание? Надеешься, что я проникнусь вашими идеями?

Патрик пожал плечами.

— Боюсь, чтобы убедить тебя в чем-то, потребуется нечто посерьезнее, чем пара пафосных речей на митинге.

— Митинг? – Я скептически вскинула бровь. – Все митинги, что я видела, были лишь сборищем оголтелой, жаждущей крови толпы. И что же, ты предлагаешь мне послушать разглагольствования о политике?

Он тяжело вздохнул.

— Это не займет много времени. В конце концов, люди приходят туда, чтобы выпить и потанцевать. Если Кентон в чем-то и хорош, так это в умении совмещать политические лозунги с весельем.

Я наклонила голову, глядя на него с любопытством.

— А ты танцуешь, Патрик?

В памяти всплыли чопорные уроки хореографии в Школе Искусников: зеркальный зал, скрипка и кавалеры с прямой спиной, которые боялись лишний раз вздохнуть.

— Нет, – сухо отрезал он. – Я только пью.

Мы добрались до гостиницы «Колсон и Сыновья» гораздо быстрее, чем я ожидала, несмотря на неспешный шаг. У самых дверей он отпустил мою руку, но удержал пальцы. Его ладонь была горячей, почти обжигающей. На мгновение его большой палец медленно скользнул по моим костяшкам.